Дождавшись окончания двухлетней отработки, Максим положил на стол начальника заявление об увольнении по собственному желанию. «Если недоволен, можешь валить. Я таких специалистов роту, если нужно, наберу!» — психанул руководитель и вывел на бумаге размашистую визу: «Оформить увольнение с сего дня».

Получив расчет, Максим забрал вещи в общежитии, вернулся в Минск, по пути купив онлайн билет на автобус, направляющийся в Питер. Ехал не наугад: там жил одноклассник, который давно звал Максима искать удачу в городе на Неве. У него самого это получилось. Выпускник медуниверситета, Стас работал в частной клинике, где неплохо зарабатывал и купил с женой трехкомнатную квартиру, где и приютил на время приятеля детства.

Отыскать приличную работу не сразу получилось: к иностранцу, пусть из дружеской Беларуси, относились настороженно. Спрашивали рекомендации, а их у парня не имелось. Оборонные заводы и учреждения иностранца вообще брать не хотели.

Потом подвернулась вакансия в «Гелии». Конечно, там хватало своих программистов, но некоторые отправились в военкомат — кто по призыву сердца, а кто за миллионами единовременного вознаграждения и двумя сотнями тысяч ежемесячного содержания. Предлагавшиеся сто двадцать тысяч чистыми на руки (за полторы ставки) Макса вполне устроили — хватало и на квартиру в Петрозаводске, и на текущую жизнь, пусть без роскоши и излишеств, а сугубо цивильный характер учреждения не препятствовал найму белорусов.

Макс получил вид на жительство, мог себе позволить посещать спортзал, где таскал железо и потел на тренажерах. Физкультуру он любил со школы, закалял дух и тело в армии. Невысокий, но отлично сложенный, мускулистый, симпатичный, Макс, тем не менее, подруги не имел. Завести ее не удавалось. Не местный, среди знакомых девушки не найти, поэтому он полез на сайты знакомств и был неприятно удивлен, даже шокирован. В интернете девицы, пишущие о себе «в активном поиске» и «только серьезные отношения», выглядели как на ресурсах «отдых для обеспеченных мужчин», причем у каждой присутствовали прайс-лист и райдер. Молодые российские барышни намеревались продать себя не на часик и не на одну ночь, а так, сказать, оптом и абонементом, что сути не меняло. В число требований входили: рост не менее 180 сантиметров (Максу не хватало пять), отсутствие вредных привычек (Макс изредка покуривал) и высокие доходы — от четырехсот тысяч в месяц, позволяющие будущей подруге жить, нисколько не нуждаясь. Самые развязные указывали минимальный размер детородного органа, но это было редко, деньги их интересовали больше. Что поразительно, аналогичные условия выдвигали и женщины бальзаковского возраста да еще с детьми. Видимо, успешные программисты и предприниматели, стройные, высокие, некурящие, длинночленные, возле этих дам роями вились, мечтая оплатить их путешествия и шопинг в заграничных магазинах.