Зеркало в прихожей родительского дома в Гадюкино давным-давно покрылось мутными пятнами, но Владимир Зорин - комисованный из горячей точки по состоянию здоровья солдат, - и не пытался его отмывать.
Зачем?
Лишний раз любоваться на собственное отражение так себе удовольствие, когда правая сторона лица застыла в жутковатой перекошенной гримасе, а связки после армейской контузии выдают лишь неразборчивое сипение. Вся жизнь после армии ужалась до размеров родительской хаты и черной антибактериальной маски, ставшей единственным щитом от брезгливо-любопытных взглядов жителей деревни Гадюкино. В этом нескончаемом кошмаре он давно уже чувствовал себя живым мертвецом и почти смирился с тем, что будет доживать свой век в глуши.
...Пока в его мир недавно не вторгся Владан Князев.
Влиятельный городской бизнесмен решил расширяться на сельскую область и появился в Гадюкино, без долгих предисловий арендовав старый дом Зорина, а самого Володю неожиданно взял к себе в помощники для мелких поручений. Условия сделки были простыми - четкое исполнение обязанностей в обмен на полную оплату сложнейшей операции в частной нейрохирургии области.
Зорин ухватился за этот шанс сразу же.
Этим утром Князев направил его в скромный арендованный офис райцентра, приставив к своей новой сотруднице Мане Плохишевой. Зорин явился на новое место в своем неизменном обмундировании - черная маска, надвинутая кепка и потертый плащ, - и игнорировал все косые взгляды по дороге, которые давно стали привычными, но от которых ему все равно каждый раз было неприятно.
Хорошо бы проводить время в офисе и ни с кем не общаться, думал он.
Но надежды, увы, не сбылись.
Покончив со знакомством, Маня решила нанести срочный визит в районную поликлинику, чтобы пробиться на прием к несговорчивому главврачу, и по долгу службы Зорин молча последовал за ней. Дорога наполнилась тяжелым внутренним напряжением.
В фойе районной поликлиники привычно пахло хлоркой с лекарствами и стоял галдеж бабок у регистратуры, оживленно препирающихся с регистраторшей насчет городских практиканток, которые якобы не умеют работать по-человечески.
Зорин планировал держаться в тени, но судьба решила нанести ему очередной удар под дых.
Стоило регистраторше заметить его и окликнуть по имени, как на этот возглас из коридора выскочила его бывшая девчонка, которую он мгновенно узнал по кокетливо-каптизному сдобному личику. Помнится, когда-то Лиза клялась ждать его из армии, а когда он вернулся из горячей точки контуженным и искалеченным инвалидом, то сразу с брезгливым отвращением вычеркнула его из своей жизни ради лучшей доли.