— Мы сами знаем, какие мы хорошие, — хмуро проворчал Инжи, присоседившись поближе к девушке. — Нечего нам уши заливать. Согласен — скажи коротко, что согласен, и все тут.
— Простите любезного Инжи, сударь, — сказала Мира. — Он долго работал часовщиком и не привык беседовать с людьми… Возьмите оплату. Здесь вексель на десять эфесов — надеюсь, этого достаточно?
Она протянула Пьеру конверт, искренне веря, что состояние дел в родном Стагфорте позволит ей оплатить обязательство.
— Более чем, ваше высочество! Я и вовсе не думал брать плату, ведь возможность помочь вашему высочеству для меня дороже золота!
— Не думал брать? — Инжи схватил конверт за уголок. — Ну, так отдай! Ее высочеству пригодится. Думаешь, у нее деньги лишние? Как бы не так!
— Инжи!..
— Ну, а что? Сам сказал: не возьмет плату. Вот пусть и держит слово. За язык его никто не тянул…
— Вы меня позорите, сударь, — холодно отрезала Мира. — Уйдите прочь. И вы, Пьер, ступайте. Я очень благодарна за помощь, скоро пришлю вам выбранную книгу.
Торговец поспешно сунул конверт в грудной карман. Мира выпроводила за дверь всех троих, шепнув служанке:
— Хочу чаю.
Линдси скоро вернулась с чайником и медовым пирогом. Мира вертела в руках книгу — ту, которую правила ночью.
— Мне думается, вот эта будет лучше других. Что вы скажете, Линдси?
— Что же я могу, миледи, если читать не умею? — удивилась служанка, однако книгу взяла. Раскрыла, полистала, сравнила с другими. — Вроде бы, эта красивше. И буквы в ней сложные, завитые… его величество сразу поймет, как вы его уважаете.
— Вот и я так подумала. Будьте добры, поскорее отнесите ее Пьеру, пускай отправит.
— Сию минуту, миледи. А… простите, у меня к вам маленькая крохотная просьба. Не покажете ли, как пишется: «назначаю встречу в 8 часов»? Хочу сделать записочку моему Дейву — то-то он удивится!
— Непременно покажу, но сперва сходите к Пьеру. Его величество не станет ждать, пока мы с вами заняты грамотой.
— Ах, простите…
Линдси умчалась. Погруженная в чтение и собственные мысли, Мира не заметила, как наступил вечер. Отчего-то служанка так и не явилась на занятие. Наверное, решила, что переступила предел дозволенной дерзости. И, пожалуй, не ошиблась.
* * *
— Ваше высочество, соблаговолите проснуться!
Глухой голос сопровождался стуком в дверь. Мира выбралась из-под одеяла, прошлепала по холодным плитам ко входу, только потом сообразила: голос-то мужской! Сквозь запертую дверь спросила:
— Кто вы? И где мой кофе?
— К услугам вашего высочества Эмилио Лорис Христофор, мажордом его милости. Ваш кофе подан к завтраку. Граф и графиня всенепременно вас дожидаются.