Закрыв дверь своей комнаты, я вздохнула и прислонилась спиной к холодной двери, наслаждаясь тишиной. И тут услышала щелчок выключателя. Свет ударил по глазам. Мама сидела на пуфике у туалетного столика. Ее тень, отброшенная на стену, показалась мне гигантской. Может, это был мой пьяный мозг, но она нависала надо мной, как коршун. Ее светлые волосы были идеально уложены даже ночью. Как всегда, идеальна. Даже не хочу смотреться в зеркало, чтобы узнать, как я выгляжу. Скорее всего, как полный антипод своей матери. На меня смотрели грустные зеленые глаза, такие же грустные и такие же зеленые, как у меня.
— Лилит Роуз Делакур, — начала она.
— Маам, я же просила не называть меня Лилит. Я Лилу.
— Я чувствую запах спиртного даже отсюда.
— Маам, перестань. Ну выпила я немного. Подумаешь, трагедия.
— Посмотри на себя. В кого ты превратилась. В животное. «Немного выпила»? Да ты уже две недели на ногах не стоишь.
— Маам, пожалуйста, прости… — я попятилась назад, когда мама стала подходить. Как хищник к жертве, которая, как он знает, не сбежит. Она схватила меня за волосы, кинула на кровать и отвесила звонкую пощечину. Все произошло так быстро. Я не успела даже среагировать. Секунда — я стою у двери. Вторая — я лежу с красной, больной щекой на кровати. На глаза накатились слезы.
— Чтобы завтра на вечере ты была при параде и без фокусов, — пригрозила она и вышла из комнаты, оставив меня с коктейлем из стыда и боли.
Проснувшись в своей комнате (хорошо, что я вчера до нее все-таки добралась), я еще несколько минут тупо пялилась на белый потолок. Голова раскалывалась. Я осмотрела свою комнату. Мне восемнадцать лет, но моя берлога напоминала кукольное царство. Будто здесь стошнило единорога. Розовые стены и белая мебель. На полке лежат давно забытые плюшевые игрушки, которые мне жалко выбросить: слоники и медвежата. Меня тошнило от вида своей комнаты, но менять я уже ничего не хотела, ведь скоро я уезжаю в колледж, где меня ждет новая квартира и одинокая взрослая жизнь.
Я не сразу заметила нежно-голубое платье, которое висело на вешалке у входа. Конечно, цвет, который я не переношу. Она всегда выбирает для меня платья нежных оттенков. Словно пытается перекроить меня для публики. Даже в вопросе платьев выбора у меня не оставалось. Она уже все решила за меня. Как и во всем, что происходит со мной в жизни.
Я закинулась таблеткой от головной боли и поехала на ближайшее СТО чинить свой красный Мустанг. Правда, я ожидала увидеть там какого-нибудь старикашку, а не татуированного красавца с темными волосами в синем комбинезоне. Я, опухшая от вчерашнего алкоголя и слез, выглядела как чучело. Я надела солнцезащитные очки и вышла из машины.