— Ты ведь появилась в нашем мире не просто так. Пророчество, помнишь? — невесело усмехнулся Ашинар. — Предсказание безумного жреца, который был вовсе не безумен.
— То есть у меня в этом мире есть роль, задача. Не выполнив которую я обречена на смерть.
Я закрыла глаза, чувствуя, как мир раскачивается под ногами. Всё это время он знал. Всё это время он нёс это знание в одиночку, позволяя мне злиться, обвинять его, выталкивать за дверь, потому что альтернатива была хуже. Он позволял мне ненавидеть его, чтобы была спокойна, верила в то, что буду жить долго и счастливо и у меня есть выбор.
— Ты манипулятор, — сказала я, но в этих словах не было прежней ярости. Только усталость. — Ты понимаешь это? Ты лишаешь меня выбора, оставляя иллюзию свободы. Что всё будет хорошо. Решил обманом соблазнить меня, чтобы я согласилась на всё, что ты скажешь, и осталась здесь, в замке.
— Да. Я знаю, — его голос дрогнул. — Но я бы предпочёл, чтобы ты ненавидела меня живая, чем любила мёртвая.
Я открыла глаза и посмотрела на него. Он стоял у окна, залитый солнечным светом, и в этом свете выглядел не могущественным драконом, не страшным тёмным магом, а обычным мужчиной, который устал от постоянной борьбы, тайной и одинокой.
— А Лира? — спросила я, потому что не могла не спросить, потому что этот вопрос грыз меня изнутри. — При чём здесь она?
Ашинар поморщился, будто от зубной боли.
— Лира — дочь правителя Северного предела, — ответил он. — Мой отец заключил с её отцом союз много лет назад. Обручение было политической сделкой, не более. Но Лира… Она считает этот союз своей судьбой. Она выросла с уверенностью, что станет хозяйкой Зелёного замка. И когда появилась ты…
— Она увидела угрозу, — кивнула я.
— Не только, — Ашинар отвернулся к окну. — Лира — могущественная магесса. Она знает, что обряд Единения связал нас. Она чувствует это, потому что связана со своим родовым замком через свой род. И она понимает: если мы завершим обряд, связь между нами станет нерушимой, и тогда никакой брак не сможет её расторгнуть. Таким образом, мне не нужно будет обременять себя браком с ней, но при этом союз с ее отцом останется в силе, так как правитель Северного предела будет понимать важность нашего союза в защите и спасении Лидории.
— То есть она хочет помешать обряду? — я почувствовала, как внутри снова закипает страх.
— Она хочет помешать мне, — поправил он, снова отворачиваясь к окну. — Не обряду. Ей всё равно, спасётся Лидория или нет. И она готова пожертвовать всем ради этого. Избалованная девочка не вынесла моего пренебрежения.