Царское Село

Вечер. Заходящее солнце с трудом пробивалось через плотно задёрнутые шторы, находило в них незаметные глазу щели, просвечивало сквозь плотную ткань и в этом рассеянном предзакатном свете вспыхивало в кабинете редкими золотисто-пыльными искорками. И как-то умудрялось подсвечивать и мебель, и находящихся в кабинете людей. Да ещё потрескивающий огонь в камине давал дополнительный свет. Мать и сын выслушивали ответы своих приближённых.

— Это точно? Весь экипаж, кроме их командира, на месте?

— Да, Ваше императорское величество, — коротко поклонился Батюшин.

— А полковник, получается, пропал вместе с самолётом?

Николай Степанович утвердительно склонился в очередном дворцовом поклоне.

— И никто ничего не видел, не слышал и не знает? — показное нарочитое удивление едва-едва проскользнуло на лице вдовствующей императрицы. Так, чтобы можно было точно обратить на него внимание.

— Так точно, ваше императорское величество, никто и ничего, — в очередной раз за сегодня кивнул генерал.

— И ваши люди, конечно же, тоже ничего не заметили? — Мария Фёдоровна перевела требовательный взгляд на стоящего рядом с Батюшиным Джунковского.

— И мои, — потупился Шеф жандармов, скосив при этом глаза чуть в сторону, на укрывающегося в тени лампы императора.

— Удивительные вещи происходят у нас в Империи. Среди бела дня неизвестно куда улетает наш самолёт, причём улетает без экипажа! И никому нет до этой вопиющей безалаберности никакого дела? — Мария Фёдоровна даже голос при этом не повысила ни на йоту, а присутствующие в кабинете люди поёжились, словно от озноба. — А что говорит командир местной эскадрильи? Что молчите? Владимир Фёдорович, Николай Степанович, я жду от вас немедленного ответа!

— По горячим следам удалось установить, что Грачёв вышел из офицерской столовой, весьма тепло встретился с какими-то своими старыми знакомыми, коротко переговорил с ними о чём-то в курилке. О чём именно и на какую тему они разговаривали, никто не знает. После чего полковник, отпустив экипаж на отдых, проследовал к самолёту, — первым, предварительно переглянувшись с Джунковским, начал отвечать Батюшин. — Вместе с этими своими старыми знакомыми. Большего, к сожалению, нам узнать не удалось. Как и не удалось пока узнать, что это были за знакомые.

— А вам что известно, Владимир Фёдорович?

— Могу только добавить, что после взлёта на землях нашей Империи самолёт Грачёва не приземлялся…

— А где он приземлялся? — Мария Фёдоровна подошла к висящей на стене большой карте Европы и Азии.

— Именно это мы сейчас и выясняем, — оба офицера при этом одновременно развернулись в сторону императрицы. — К сожалению, по понятным причинам дело это весьма хлопотное. Поэтому на скорые результаты надеяться невозможно.