А дело-то в новом составе части неотработанное, да ещё происходят эти срочные загрузка и заправка на чужом аэродроме. Народ вокруг суетится, бегает, ругань густая над аэродромом мутным облаком стоит, грузовики туда-сюда шныряют, отвлекают. Но справились, подготовились, даже умудрились контроль готовности провести. Дальше остаётся надеяться на собственный опыт пилотов и штурманов, ребята они опытные, обстрелянные, войной проверенные.

Самое поганое, когда время вылета точно не определено. Находимся в подвешенном состоянии и в постоянном напряжении. Пока готовились и рисовали карты, пока заправкой и загрузкой занимались, было полегче. А теперь на аэродроме всё затихло, замерло, тишина наступила такая, что пенье птиц в кустах у КП слышно.

Остаток дня прошёл в ожидании вылета. Поздний ужин и вновь ждём. Куда так спешили? И уже ночью, когда собирались тут же в самолётах ко сну отбиваться, поступил долгожданный приказ на ночной вылет. Хорошо хоть сразу точное время обозначили — всё-таки удалось покемарить пару часиков. Правда, не всем, кое-кто глаз так и не сомкнул. Это я себя имею в виду — разволновался я что-то. Не за себя, за личный состав. Хотя, что душой кривить-то? И за себя тоже. От их успеха и подготовки и мой успех отныне напрямую зависит…

Взлетели в полчетвёртого ночи, в ярком свете прожекторов. Набрали высоту в три тысячи метров курсом на запад, собрались догоном над заливом и пошли потихонечку тройками друг за другом. Менее чем через час полёта солнышко за спиной показалось, подсветило море. Как раз Гданьский залив позади остался. А на подлёте к Борнхольму и связь с флагманом флота появилась, перешли под непосредственное управление командующего.

Утро, воздух прозрачный, видимость миллион на миллион, и нам сверху всё прекрасно видно.

Наши корабли милях в двадцати пяти за островом обнаружились. Ну как обнаружились? Чёрные дымы, небосвод подпирающие, мы издалека увидели, ещё до установления связи. Словно на весь видимый горизонт впереди по курсу накинули чёрную плотную сетку с редкими прорехами голубого неба. Командующий подтвердил ранее полученный приказ и велел следовать прежним курсом. И лично цели обозначил. Теперь бы ещё эти цели за дымами различить…

Так и идём на высоте три тысячи метров со стороны восходящего солнца. Классика. Эссен в своём репертуаре, все мелочи у него учтены. И хорошо, что дымы ниже высоты нашего полёта…

Подлетели поближе и стало понятно, что дымы-то не только из труб идут. Пожаров и на самих кораблях хватает. Наши внизу хоть и рассредоточились, но попаданий по кораблям хватает. И стреляет противник чаще, это я по количеству взрывов внизу сужу. Так-то сами разрывы почти не видны, но догадаться о них можно по вспухающим белым пятнам на поверхности моря. Или же по чёрно-красным всплескам на палубах. А дальше уже собственное воображение дорисовывает. Ну а как иначе? С такой высоты сами корабли не больше мизинца кажутся, а то и того меньше. Несколько кораблей вообще густым дымом окутались — похоже, конец им. Мелкие катера словно маковые зёрна вокруг них столпились, наверняка команды снимают. Это же уже сколько времени сражение идёт?