Глава 1
Интерлюдия. Аэродром «Сувалки» Ночь на 27 июня 1941 года
Аэродром «Сувалки», крупнейший авиаузел, работавший сразу на интересы 2-х танковых групп, никогда не спал. Вот и сейчас гул моторов пробивался даже сквозь закрытую дверь аэродромного блиндажа. Дежурный офицер вызвал наблюдательный пост и, пока на том конце снимали трубку, отставил кружку — опять кто-то взгромоздил её на раскрытый журнал, прямо на фамилии экипажей.
— Кто идёт?
— Со стороны шоссе. Слышу по меньшей мере три десятка, господин обер-лейтенант. Наши, наверное. «Хейнкели».
— Видите?
— Я бы так и доложил, если бы видел. И кажется, это «Тетушки Ю».
На посту стоял старый унтер, который умел по звуку отличить свои машины от чужих и временами считал, что этого вполне достаточно. Помолчав, он сам попросил обождать. В трубке зашуршало и стихло — видно, высунулся из будки.
Радист прижал к уху наушник:
— Вызвал их. Молчат!
Обер-лейтенант пожал плечами. Само по себе это не вызывало беспокойства. Возможно, экипажам велели соблюдать радиомолчание до посадочного захода. По времени всё сходилось, только слишком уж дружно шли. «Хейнкели» должны были подходить к полю по одному. Впрочем, при возвращении с задания всегда находился торопыга, готовый сесть на хвост ведущему, лишь бы поскорее выбраться из кабины.
— Зенитчикам ждать, пока опознаем. Огни пока не давать.
Встревоженный обер-лейтенант вышел на крыльцо. Первая машина, должно быть, уже прошла над самым полем — её он пропустил, зато справа, где за крышей мастерской ничего не просматривалось, тянул второй мотор. Следом гудел ещё один. Офицер подался со ступенек вперёд… и тут из-за мастерской полыхнуло.
Яркая, как солнце вспышка прорезала ночную тьму. До самого леса высветило поле, следом грохнул звук разрыва. Взрывной волной дверь швырнуло на него, ударило по локтю. Дежурный ввалился обратно в комнату. Радист уже сидел под столом: наушники съехали на затылок, провод туго натянулся поперёк столешницы.
— Зенитчикам огонь!
Следующая серия легла дальше, на миг озарив самолёты на стоянке. Один так и застыл с поднятым капотом — механики возились с ним до самой темноты. Теперь под его крылом гуляло пламя. Ещё немного, и займётся соседняя машина, но рвануло с другой стороны, у бензовоза. По земле от него расползалось горящее топливо. В отсветах пожара двое тащили лёгкий связной самолёт за хвост, третий на ходу лез в кабину отпускать тормоза. За ними, у дороги, полыхала ещё одна стоянка.
На дальнем краю заработали зенитки. Подхватили с других позиций. Одна очередь затянулась, и дежурный невпопад подумал, сколько у расчёта осталось магазинов. Дневные истребители стояли на приколе, ночных на аэродроме не было.