- Но где же он, господин? - пролепетал Саццо.

Горящий безумными огнями глаз Ривье остановился на своем горе-подданом и его усы разраслись в стороны, когда маркиз улыбнулся.

- Он здесь. Только здесь он и может быть.

Сказав это, мужчина снова щипнул свой закрученный ус и развернулся. Прошло несколько секунд, как словно по колдовскому велению Д'Айвана, зазвонил сначал один телефон, потом второй, третий, четвертый. Это были средства межкорабельной связи, десятки раз продублированные по всему кораблю. Вскоре капитаны других кораблей не только зазвонили Ривье напрямую, но и через другие посты. Торжественно и вальяжно, шевалийский дворянин, взял один из телефонов.

- Господин! Господин! Послушайте!

- Где этот чертов ублюдок? - проворчал Д'Айван.

- Под вашим правым бортом! Он слился с корпусом благочестивого «Глева».

- Что же, - произнес Ривье. - Крен сорок пять, все орудия направить вперед. Вернуть корабль вниз формации.

Несколько мгновений спустя, ревение двигателей ослабло и у всех закрутило животы. Огромная махина как разящее копье начала опускатся вниз, угрожая раздавить на куски затаившийся в мертвой зоне «Глева» одинокий айзенкрест. Не имея другого выбора, с отчаянным ревом истребитель взмыл вверх, пронесясь прямиком над обзорной панелью капитанской рубки. Рык четырнадцати цилиндров искуссно собранного литонского мотора прорвался сквозь несколько переборок и слоев стали «Глева». Для многих шевалийцев это была первая встреча с врагом, тем более такая близкая. До тех пор они слышали про воздушные войска литонии, ведь про них невозможно было не слышать. Но то были не единицы техники, не те противники, которых можно было сразить. Это были дикие звери, облаченные в металл, бестелесные, непобедимые, как те дикие собаки, которые жрали жителей пригорода по ночам. Образы, одаренные нечеловеческими качествами, о которых переговаривались шёпотом, чьи имена произносили со страхом и на издыхании. Однако Ривье был вероломен к легендам. И эта его сила давала шевалийским войскам больше преимуществ, чем все до одного орудия огромного "Глева".

Айзенкрест поднялся прямо на стволы заряженных орудий и новая очередь раскатистым эхо пронеслась по кораблю. Едва заметные в морозном воздухе снаряды белыми точками улетели в самолет Литонского Волка и он вспыхнул ярким пламенем. Как подбитый ястреб, он устремился вниз, его корпус был подобен огненному шару.

- Пошлите за ним истребитель, - сказал Ривье на онемевшем капитанском мостике, после чего встал в ту же позицию, в которой успел простоять долгие часы.