До родословной Весельчака дойдем попозже, а пока вернемся к моему спасителю-похитителю.

Все звали его Грдыщ, но я звал его Прыщ. Даже я могу сломать свой несуществующий язык постоянно выговаривая такое имечко.

Обидно было то, что Прыщ был особенным гоблином. Местный городской сумасшедший. Пока другие гоблины дрались, ели, строили и спаривались, Прыщ возился со своей коллекцией «сокровищ» в углу пещеры. А коллекция была что надо — разноцветные стёклышки, ржавые гвозди, дохлые жуки с блестящими панцирями, кости причудливой формы и, конечно,камни. Много камней. И я был его новым любимчиком.

Ах да, забыл сказать. У каждого гоблина была своя гора трофеев. Члены аристократии хранили свои вещи в хороших мешках, деревянных крепких ящиках, а некоторые, включая вождя Весельчака, даже в настоящих сундуках с навесным замком. А все остальные «приближенные» прятали свое добро куда могли — кто-то сделал себе мешок из нескольких лоскутов человеческой одежды, кто-то подвесил свое добро у выхода из пещеры на дереве, кто-то хранил вещи под своей лежанкой из шкур животных. Это был «второй уровень».

Прыщ относился к уровню — «мусор» или «те, кого не жалко». Он, как и другие такие же гоблины хранил свои пожитки просто в куче. Кроме этого была и общая куча трофеев, от куда любой мог взять все, что необходимо, но личные кучки — это святое.

Так вот, Прыщ постоянно и внимательно рассматривал меня.

Он разглядывал мои изумрудные края, проглядывающие сквозь вековые наслоения камня. И он захотел меня почистить!

Сначала я был вне себя от радости, но стоило понимать, что он «особенный», к тому же гоблин. А значит иметоды у него будут особые.

Сначала он стучал мной о другие камни. Думал, что все ненужное отвалится само. Хорошо, что у него не хватило сил расколоть меня надвое… Интересно, а я бы умер в таком случае, или меня бы стало два? Ой, даже представлять себе этого не хочу, у меня итак миллион голосов в мозге.

От ударов камня о камень в голове звенело. Этим методом ему даже удалось отколоть некоторое количество шлака, чему я был очень рад, но в целом это ничего не меняло. Я как был грязно-зеленым камнем, там им и оставался.

Затем Прыщ бил меня старым, ржавым молотком. Настоящим человеческим молотком, на минуточку! У гоблинов вообще много было человеческого в обиходе, и это давало надежду! Настоящая цивилизация где-то рядом!

От каждого удара молотком по мне летели искры, а по пещере разносился звонкий ДЗЫНЬ! . Зеленые ворчали, но Прыщу было всё равно.Он прислушивался только к мнению гоблинов-аристократов и не шумел во время их полуденного сна.