Чернобог ответил спокойно:

— Убита была лишь гвардия богов Прави. Все обычные жители находятся в полной безопасности — как и положено…

— Вот, именно!- Молодой бог опять усмехнулся. — А остальных ты увёл в плен. Зачем они тебе? Превратишь в своих слуг?

— Нет, они здесь для того, чтобы открыть им глаза на правду. Морена своей силой заставила всех небожественных существ забыть о том, что произошло на самом деле и вложила им ложную память. После того, как жителям открывается правда — они уже сами вольны поступать так, как считают нужным. Могут остаться здесь — в Нави, а могут вернуться назад — в Явь. Пока ещё никто не возвращался.

— Здесь? — Гидраргирум красноречиво обвёл взглядом безжизненную местность вокруг. — И что, они добровольно решают остаться здесь?

Чернобог усмехнулся:

— После того, как боги Прави разделили мир на три части, в Нави осталась высокая концентрация смерти. Чтобы её нивелировать я и мой верный помощник аккумулируем её в себя для того, чтобы остальные могли свободно жить. Там. — Махнул рукой в сторону позади от себя. — Земли уже освобождены от смерти и пригодны к жизни.

Кощей замолк на секнунду, затем, криво усмехнулся:

— Я бы освободил от смерти большее количество земли, но во мне и так слишком высокая её концентрация, ещё немного и я сам умру.

Мужчина потёр лицо и вздохнул:

— То есть, ты мне пытаешься сейчас впарить, что ты чуть ли не самопожертвованием занимаешься, а жителей крадешь, чтобы открыть заблудшим их глаза?

Чернобог кивнул:

— Верно, посмотри сам… — Он повернул голову к Вию, что отполз уже на десяток метров назад. — Призови осколок сюда!

Вий, не отрывая своих ладоней от глаз, поднял вверх локти, и в золотом свечении перед ним появился треугольный кусок золотистого же цвета.

Кощей махнул ладонью. Осколок прилетел и остановился между богом и незнакомцем.

— Это осколок зеркала правды. Загляни в него… — Посмотрев на скептический взгляд мужчины, Чернобог нахмурил брови. — Слово бога, что это не причинит тебе никакого вреда!

Вокруг в пространстве прошла волна силы, подтверждая весомость слов Кощея.

Гидраргирум тоже нахмурился, размышляя, но затем, сделал шаг вперёд и заглянул в осколок.

Три секунды, и он оторвал от осколка свой крайне удивлённый взгляд:

— Это что, всё правда?

По пространству вновь пронеслась волна силы:

— Слово бога!

Гидраргирум покачал головой:

— Пу-пу-пу… дела… — Он чуть оживился и спросил. — А зачем тебе, тогда, столько золото? Почему твои слуги тащат его отовсюду, где могут найти?

Осколок зеркала отлеветировал в руку Кощея, и он показал его богу: