— На месте выдадим.

— Понятно. Тогда вопрос: с кем по техническому устройству бласт-бомбы пообщаться можно?

— Что конкретно тебя интересует? — спросил Шептало.

— Грачев как-то обмолвился, что энергию бласт-бомбы можно использовать для заправки амулетов. Насколько сложно это сделать в полевых условиях? Нам бы отводящие пули обереги совсем не помешали.

— Надо уточнить. — Максим Альбертович достал мобильный телефон и указал им на дверь: — Вы идите пока. Сейчас догоню.

Забрав со стола шлем, я вслед за Шептало вышел из оружейной комнаты и остановился на крыльце.

— Дробовик взяли? — спросил уже там.

— Взяли, — подтвердил куратор.

— Патроны с серебром?

— И патроны. Все взяли, — невесело улыбнулся Владимир Николаевич. — Сам только все не запори. — Он помолчал и добавил: — Как обычно.

— Чего это — как обычно?

— Просто не запори, и все.

— Уж постараюсь.

Вновь в полный рост навалилась неуверенность, острыми коготками пробежался по спине страх, противно заныло в груди.

Не запори!

Легко сказать — не запори!

Вот встретят нас пулеметом на входе — и абзац котенку. Пусть колдуна и кондуктора мы и ликвидировали, наверняка кого-то оставляли «пузырь» караулить. Кого-то — да…

В этот момент во двор въехал служебный фургон. Он остановился рядом с крыльцом, и сразу ушла в сторону боковая дверь.

— Залезай, — подтолкнул меня в спину Владимир Николаевич.

Я забрался в салон, кивнул двум смутно знакомым парням (мои бывшие слушатели? Не помню таких!), и бухнулся на свободное сиденье. Шептало устроился рядом; Виталий пропустил вперед Максима Альбертовича и задвинул дверцу.

Ну — с богом!

Я мысленно перекрестился и вновь поинтересовался:

— Так что там с амулетами?

— Всему свое время, — отмахнулся от меня Максим Альбертович и положил на колени небольшой алюминиевый на вид дипломат.

— А если…

— Возвращаться не придется, — уверил меня крепыш.

Я выдохнул беззвучное ругательство и откинулся на спинку.

Ну что за люди такие? Все из них клещами тянуть приходится!

Когда минут через десять фургон остановился, Шептало подключил свой ноутбук к внутренней сети, и на закрепленном под потолком экране высветилась сделанная со спутника фотография прилегающей к железнодорожному вокзалу территории.

— Излагай, Лед, — попросил он.

— А вторая группа?

— Они нас слышат, два раза повторять не придется.

— Работать придется на вокзале, — откашлявшись, сообщил я. — Сразу предупреждаю, в свертке многое не так, как сейчас на снимке. На площади никаких павильонов, только памятник и трамвайное кольцо. Если мы пойдем в сверток со стороны Советской или Маршака, то вывалимся аккурат посреди открытого пространства.