— По графику ожидаются, — ответил наш гид и задрал рукав спецовки, — через двадцать пять минут.

— Спасибо.

Я немного поерзал, потом перекинул ноги через подлокотник и повалился на спину. Сидеть лучше, чем стоять; лежать лучше, чем сидеть. Как-то так.

Но расслабиться не получалось. Любопытство так и грызло. До мурашек интересно было, кто из разряда «старых друзей» с той стороны пожалует.

Ясно одно — не Напалм. Он в прошлый раз как вывалился в нормальный мир, так без сознания и провалялся, пока обратно не переправили. Уникам здесь лихо приходится. Да и колдунам тоже.

А значит, помощи гимназистов ожидать не приходится. Если только кого-нибудь особо мозговитого пришлют, но и то вряд ли. Был бы такой спец на примете, сразу бы привлекли, не тянули до последнего.

Решив не ломать над этим голову — так и так скоро узнаю, — я уселся на диван и огляделся. Виталий, тупо уставившись в телевизор, смотрел футбол; парни спокойно попивали кофе из автомата и листали автомобильные журналы.

Все спокойны, все при делах. Один я себе места не нахожу.

Тут мигнул свет, телевизор погас, однако сразу включился, но вместо футболистов по экрану побежала черно-белая рябь. Я почувствовал, как хлынула от портала магическая энергия, а секунд через десять жжение стихло, оставив после себя лишь неприятный зуд и головокружение. И сразу, как-то очень-очень резко проявилась близость воткнутого мной в землю при бегстве из Приграничья пять лет назад ножа. Не моего старого ножа, так и мерещившегося до сих пор, но его брата-близнеца, который теперь использовался конторой в качестве якоря для портала.

Аж ладонь зачесалась. Сразу вспомнилась легкая дымка испаряющейся с холодного темно-синего клинка крови…

Черррт!

Нервно поежившись, я поднялся с дивана, и тут в комнату ввалился, принеся с собой морозный воздух, крепкого сложения парень.

— Лед, братуха! — Денис Селин кинул на пол баул и, обхватив меня, оторвал от пола. — Жив, курилка!

— Раздавишь, блин! — Я высвободился из медвежьей хватки и отступил на шаг назад, разглядывая старого приятеля, который всегда отличался плотным сложением, а сейчас, ко всему прочему, еще и обзавелся явственно выпиравшим из-под свитера животиком.

А там и Гамлет пожаловал. Смуглый горбоносый красавчик при виде меня так и всплеснул руками:

— Оба-на! Какие люди и без охраны!

— Обижаешь! — кивнул я в сторону парней.

— То не охрана, то конвой! — сразу нашелся Гамлет, по вполне понятным причинам отзывавшийся на прозвища Датчанин и Принц.

Мы обнялись, и, похлопав его по спине, я уже куда спокойней поздоровался с Филиппом Городовским и Борисом Яровым.