Аборигенская пресса расписывала их как «пронизывающих своими радиолучами толщу землю до глубоких шахт и бункеров и способных перехватывать всю содержимое радиоэфира»…

На фоне чего полёты в регионе разведывательных БПЛА с базы на Скарборо смотрелись детской забавой, хотя именно полёты дальних классических самолётов и беспилотных разведчиков вызывали полумистический (что-то «неживое» парит в небесах и наблюдает) страх у части населения стран, соседствовавших с РФ.

Массовых налётов на Германию сотен американских поршневых Б-17 и Б-29 в небесах Европы с подобными эффектами в атмосфере тут не случилось, ранее вообще на высоте в 8–12 км летали очень мало, хотя эффект и заметили в 20-х, вот и наложилось восприятие того, что видимо всем самим на ошеломляющие новости.

Слишком высоко (хотя и видимо невооружённым глазом), слишком непонятно… вот что они высматривают с такой высоты?

У страха глаза велики… и были непонятны все цели русских во многих регионах. Как и тут, в акватории Южно-китайского моря… кроме предполагаемого и логичного контроля морских путей.

40-е — не 21 век и возможности береговой охраны, как и колониальных полицейских сил, тем более далеко от метрополии дряхлеющей колониальной французской империи, невелики. Побережье будущего свободного Вьетнама — практически легко проницаемо, особенно ночью.

А решение высшей власти в РФ «ставить» «тут» — почти во всех случаях, как и «тогда», на тех, с кем дружить и сотрудничать получалось в «той истории», выглядело естественным.

И повод вишисты предоставили сами — своими новыми зверствами в отношении населения колонии. Хотя, конечно же, во французской прессе после демарша РФ, упоминаний ядерной бомбардировки Рура и сравнения числа жертв было предостаточно.

Как-бы то ни было, в Кремле сочли, что на территории будущего свободного и дружественного к РФ Вьетнама, кроме «дедушки Хо Ши Мина» вполне есть с кем работать «помоложе и на месте».

Например — с полным физических сил, энергии и даже уже имеющим опыт подпольной работы и большие личные причины ненавидеть колонизаторов Во Нгуен Зяпом! Именно вместе с которым «дедушка Хо» весной 1941-го в незаметной деревеньке Пак Бо на пленуме ЦК Вьетнамской компартии объявил о создании «Вьетминя» — широкого фронта антиколониальных сил. И именно Нгуен Зяп занимался, буквально в те дни, когда случился хронокатаклизм, реальными действиями по формированию первого вооружённого отряда «Вьетминя».

Покинувшие ныне (в отличие от прошлого того мира, откуда явилась РФ) французскую колонию японские войска, появившиеся тут после капитуляции Парижа перед Берлином в 1940-м, не намного облегчили положение вишистов здесь. Колония в Индокитае, конечно была очень ценной частью империи старой колониальной Франции, но менее сотни тысяч французов (всех — от гражданского населения, до воинских частей, усиленных тут после хронокатаклизма) с трудом контролировали более чем двадцатимиллионное население, с каждым кровавым подавлением очередного восстания всё более ненавидящим колонизаторов.