…нелепая смерть, которую он сам себе накликал.

Любовь к сплавам, горам, путешествиям по разным странам — в целом вся его страсть, продолженная даже в химеромире, не дали дожить ему и до 60.

Смерть от руки эсэсовца, давно ушедшего в могилу к моменту рождения в 1970-м в советском «брежневском» Тургояке геолога и туриста Бориса оказалась всего лишь одним из множества эпизодов — последствий хроноклазма…

Зарезавший Бориса-туриста эсэсовец Курт Венке, имевший за плечами опыт боевых действий в 1939−1941-м при захвате «языков» в Польше, Нидерландах и в начале столь неожиданно закончившейся войны против большевиков, прекрасно владел ножом и имел некую страсть к подобным вещам — убивать максимально кроваво. От которой слегка морщился Юрген Шустер — командир их группы, приказавший, после допроса, просто застрелить остальных троих, избитого второго молодого мужчину и истошно кричавших женщин.

Когда с встретившимся им на лесной тропинке туристами из РФ всё было кончено, он буркнул:

— … Нечего было здесь ходить. Германия — для немцев!

Впрочем, скорее, по привычке, чем из-за какой-то личной ненависти к этим «русским НЕ большевикам из будущего».

Добыча была не очень большой.

Всякие безделушки из будущего, удобные сумки, одежда.

Не очень большая сумма в марках, русские рубли, пластиковые карты (с которых ещё предстояло аккуратно снять деньги в не таких уж многих действующих в стране банкоматах), ноутбук, четыре смартфона…

Шустер, что-то слышавший про поиск через ручные телефоны, засомневался, стоит ли брать те:

— Откуда знаете, какую сведения передают их ручные телефоны на вышки мобильной связи?

Но спорить с бывшими подчинёнными, ныне просто подельниками, сильно рассчитывавшими на пополнение их скудных финансов за счёт продажи по прежнему редких и востребованных вещей из-за границы времён, не стал.

Группа бывших эсэсовцев, поначалу действовавшая по идеологическим причинам, давно превратилась в криминальную шайку и тут ныне действовали не субординация, а воровские законы.

Всё начиналось иначе — в июле 1941-го, когда стало окончательно ясно, что альтернативой сдаче на милость победителя из будущего является повторение ядерных ударов по остальным (кроме Рура) регионам Германии:

Там, в лесах у подножий немецких Альп, в самых потаённых местах бывшей гитлеровской страны таились планы мести.

«Превратим день в ночь, а ночь — в день!» — под этим девизом месть вершилась, в первую очередь, тем, кто «слишком рьяно» (по мнению сил нацистского подполья) поддерживал денацификацию.

До РФ и СССР добраться (и, тем более, как серьёзно отомстить) возможностей не было, но можно было ликвидировать и грабить бывших своих.