Она сделала это.
Эш среагировал слишком поздно. Его пальцы сжались на ножке бокала. Сквозь маску было видно, как расширились зрачки, как вспыхнул румянец на скулах. Он отступил на полшага, потом ещё на один, но остановился, будто ноги приросли к полу. Взгляд метался от её губ к декольте и снова к глазам, не зная, куда спрятаться. Стыд, смущение и тонкая струйка страха смешались в нём так откровенно, что Ванесса едва сдержала улыбку.
Удивительно мило.
Она подошла почти вплотную. Настолько близко, что он почувствовал тепло её дыхания.
Эш замер. В голове крутилось одно и то же:
Почему так близко?
— Как ты поживал, милый? — тихо спросила Ванесса. Голос звучал мягко, почти ласково. — Нравится ли тебе у Паладинов?
Эш сглотнул. Ответил чуть хрипло, глядя куда-то ей в плечо:
— Там… довольно неплохо. Хорошо и вкусно кормят. Но почти нет растений…
Ванесса склонила голову.
— Если поедешь со мной, у тебя будет целая комната. Лучшие дизайнеры, лучшие флористы. Всё, что захочешь. Живые стены, свет, земля. Специально для тебя.
Эш отступил. Она сделала шаг следом, не позволяя увеличить расстояние.
— Мне не нужны подарки, — сказал он твёрже.
— Тогда что тебе нужно? — Ванесса чуть наклонилась. — Я готова дать тебе всё, что пожелаешь.
Он поднял глаза. В золотистых искорках блеснул упрямый свет.
— Мне нужны ответы. Честные.
Ванесса почувствовала, как внутри вспыхивает голод. Не к крови. К нему. К этому прямому отказу играть по её правилам. Зрачки чуть сузились. Она хотела его. Здесь. Сейчас. На глазах у всего зала.
Музыка изменилась. Струны зазвучали глуше, размереннее. Гости начали отходить к стенам. К центру зала выходили первые пары.
Ванесса улыбнулась.
— Тогда поговорим во время танца.
Эш заколебался. Взгляд метнулся к её протянутой руке, потом к залу. Он смутился ещё сильнее, но, увидев, что она не отводит ладони, выпрямился.
— Это обязанность мужчины — приглашать даму.
Он опустился на одно колено. Прямо здесь, среди хрусталя и масок. Протянул руку и тихо, но отчётливо спросил:
— Согласитесь ли Вы подарить мне этот танец?
Она смотрела на него сверху вниз и чувствовала, как внутри всё сжимается от странного, почти болезненного восторга. Это именно то, чего она хотела. Подчинение. Добровольное, по собственному желанию. Зрачки стали вертикальными. Клыки чуть удлинились, мелькнув в улыбке. Она вложила ладонь в его.
— С удовольствием.
Он поднялся и повёл её к центру. Рука на её талии лежала бережно, почти осторожно, будто он боялся сломать что-то хрупкое. Ванесса чувствовала, как он нервничает: лёгкая дрожь в пальцах, учащённое дыхание, то, как он чуть сильнее сжимает её, когда музыка ускоряется. Ей это нравилось. Хотелось ещё.