— То есть свиток могли и украсть?

— Запросто. Поэтому и думаю о черном рынке Вальдиры. О… ты…

— Ага — булькнул Миф и его утянуло под стену.

Гном успех ухватить напарника за руку и удержать. Чуть постояв, дал ему побарахтаться и только затем вытащил.

— Что там?

Отплевавшись, Миф утер лицо, сморщился:

— Нащупал пару гнилых лавок.

— Ищем дальше…

— И что стало, когда образ Жизнеслава выпучился из больничной стены?

— Он привлек наше внимание, Миф. Это было его первой ошибкой. Мы начали копать — сначала из простого интереса. И чем глубже копали, тем сильнее удивлялись — личность оказалась крайне незаурядной. Добавлялись все новые и новые штрихи. Деталей стало так много, что из темного угла больничной палаты личность и деяния Жизнеслава «расползлись» по двум стенам, потеснив остальных претендентов. И чем дольше мы копали, тем страшнее нам становилось. Он был везде! Глобальные экономика, политика, пантеон — везде обнаруживалась его зыбкая тень. Везде! И в каждое свое не слишком частое появление он получал какую-нибудь выгоду для культа Ивавы, делая его богаче, сильнее, популярней. И каждый раз выгода была долгосрочной. Он не хапал, к примеру мешок золота — хотя и от бренного злата не отказывался, конечно. Но это побочный прибыток.

Жизнеслав стремился к чему-то большему. И получал это.

Выступил с речью перед ненавидящим чужаков агрессивным болотным племенем и те преклонились перед Ивавой. А в том болоте, прямо под топью, попадаются чистейшие огромные сапфиры — и обитатели племени умеют их добывать тайным хитроумным способом. И само собой с недавних пор они радостно жертвуют каждый третий сапфир храму Ивавы.

Жизнеслав навестил охваченный эпидемией тропический островок, излечив всех его обитателей, заодно мимоходом защитив от нападок крабберов, до этого регулярно нападавших. Еще одно племя примкнуло к культу Ивавы. Племя нищее, но их воины обладали особым военным навыком — что-то связанное с владением щитом — и навык они передали храмовым воинам Ивавы. И только им. Ну и про регулярные молитвы они не забывают.

Жизнеслав одним своим появлением останавливал локальные войны, беседовал с безумными берсерками, умиротворяя их, благословлял героев, отправляя их на великие свершения — кои потом, как оказывалось, несли различные выгоды культу Ивавы.

Жизнеслав добивался своего всегда! Но никто не знал, что далеко не всегда он добивался своей цели одними лишь словами. О нет. Ему случалось наткнуться своим отлично подвешенным языком на чей-то острый меч — образно выражаясь — и в таких случаях Жизнеслав мило улыбался, вежливо прощался и уходил. А через день или два строптивец не пожелавший подчиниться Жизнеславу таинственным образом исчезал. При этом несколько раз в тех местах кто-то видел мельком огромного огненного дракона, летевшего на бешеной скорости или же парившего в окрашенных алым облаках…