Я указал влево:

— Посмотрите туда. Одна метательная машина у нас, как видите, всё же есть.

— О да, наш главный интендант уже все уши мне из-за неё прожужжал. Его очень интересует, откуда внезапно появилась эта пропажа. Вы ведь её предъявили без каких-либо объяснений, вот и терзается. Очень уж горит желанием наказать виновников, но опасается беспокоить вас по столь мелочному поводу.

— Пусть к Бяке обратится. Прикажу ему помочь в расследовании, он спец в этих делах.

— Да? Никогда бы про него такое не подумал. И также никогда не понимал, какие причины заставили вас приблизить к себе представителя не самой уважаемой расы. Полагаю, его талант в выявлении истины одна из таких причин.

— Именно так, он выдающийся специалист по пропажам всевозможных ценностей. Интендант будет рад его помощи.

Я скромно не стал добавлять, что, вообще-то, поиском пропаж Бяка на моей памяти ни разу не занимался. Да и в таком расследовании ему придётся всячески изворачиваться, чтобы не выйти на самого себя.

Аммо Раллес, неотрывно уставившись на суету вокруг устанавливаемой катапульты, покачал головой:

— Сколько выстрелов она успеет сделать? Два, три, может четыре? При работе по плотному строю может и получится пару сотен пехотинцев перекалечить. Но кому до них какое дело? Смазка для клинков, не более. Даже если сильно повезёт, и этой штукой вы прикончите пару-другую магов, это тоже никто не оценит. Нет, господин Гедар, такая битва вам не нужна.

А вот тут глава миссии снова заблуждается. Он или лукавит, или слишком далёк от военных реалий этого мира.

И не только этого.

В земной истории капитан сдавший корабль без боя рисковал пойти под суд и получить суровый приговор. А вот если он делал это после боя, то как бы бездарно тот бой не провёл, это становилось серьёзным смягчающим обстоятельством. Характерный пример — история российского «Варяга». Новейший быстроходный крейсер оказался заперт в гавани, после чего в сопровождении медлительной старой канонерки неспешно поплёлся на прорыв мимо сильной японской эскадры. В непродолжительной перестрелке получил повреждения и вернулся назад в порт, не нанеся противнику заметного ущерба.

Команда затопила корабль (причём неудачно, что позволило японцам с лёгкостью его поднять), после чего вернулась на родину. И моряки весьма удивились, получив вместо осуждения почести, достойные победителей.

Я не капитан и здесь не крейсер. Но, в сущности, ситуация одинаковая. Развернуться и бежать без оглядки в Раву без своей «попытки прорыва» никак нельзя. Тот поход с Камаем не в счёт, требуется полноценная битва союзных войск, а не мелкие шалости личной дружины.