— Сами не в восторге. Он собран? Сам передвигаться может?

— Нет, уже неделю не может. Вы же врачи, должны знать.

— Мы просто санитары, нам не сообщили, — начал я объяснять жене заражённого свою, а вернее Бориса, промашку. Нам о том, что пациент неспособен двигаться самостоятельно никто не рассказал. В наших инструкциях с Лубянки об этом не было ни слова.

Вернувшись к машине, я достал носилки, и вместе с Валей пошёл в дом. Люда в это время уже деловито расспрашивала хозяйку. Заражённый хозяин семейства, зевая, поприветствовал нас. Переложив его на носилки, мы понесли его в машину. Люда забрала у женщины пакеты с одеждой и документы, рассказала о том, куда ей звонить и тоже поспешила за нами.

Загрузив больного, я сел за руль и дождался, пока все остальные рассядутся. Заведя двигатель, я медленно двинулся на выезд из села, слушая монотонный голос хилерши, отвечающей заражённому о порядках в госпитале. Эта тема Люде была известна на отлично, так что её монолог ни капли танита не встревожил.

Энергия 4 357 (+4 166) — обозначил Интерфейс , когда мы выехали из села. Посмотрев зеркальце заднего вида, я увидел, что носителя убила Валя, сидящая у изголовья пациента. Сделал она это буднично, заколов ни о чём не подозревающего зараженного иглой в глаз.

— Первый — готов, — прокомментировал я.

Борис, сидящий рядом со мной, кивнул хмуро головой.

Прыгнув на Базу , мы вернули двух испуганных чекистов в Кировскую область, а потом вернулись наружу к другой Тановышке . Нас ждала, судя по данным от Бориса, семья алкашей. До них мы добрались на внедорожниках. Чекисты хотели забрать там заражённого, используя ресурс местного участкового.

Добравшись до деревни, я остановился у дома, в котором нас должен был ждать полицейский. С ним пошёл договариваться Борис, я не стал его сопровождать. Справился он быстро, нас действительно ждали. Выйдя из поста милиции вместе с толстеньким расхлябанным мужиком в форме, Борис сказал ему сесть в мой внедорожник.

Дорогу к нехорошему дому мы преодолели, следуя навигационным указаниям участкового. Выйдя из машины, мы все подошли к калитке. Полицейский громко постучался, но ему не открыли.

— Я с Валей — через забор пойдём, — предупредил я представителей власти. Участковый пожал плечами, ему было всё равно. Борис же кивнул согласно головой и тоже начал примериваться к ограждающему участок ветхому штакетнику.

Не решившись показывать навыки альпинизма, я подошёл к забору и дёрнул ближайшую доску, покрытую облупившейся зелёной краской на себя. Не рассчитал я силушку свою, богатырскую. Вернее не рассчитал ржавость гвоздей, которыми штакетина была присобачена. Вместо того чтобы просто вырвать её, я услышал хруст.