Что ж, миссия успешно провалена.
Я не могла думать ни о чем другом, наблюдая как Эмир мечется по комнате. Но, все равно, где-то глубоко внутри у меня теплилась крошечная надежда, что мы сумеем справиться и с этим. Ведь доктор Салих говорил, что я для Эмира путь к исцелению. Значит, он примет и ребёнка. Мы оба будем любить его так сильно, что все его страхи отступят. Так же, как он понял, что достоин любви, он поймёт, что сможет стать самым лучшим отцом во всем мире. Мне так отчаянно хотелось верить в это.
– Какой срок?
Я не сразу расслышала вопрос, когда Эмир вдруг остановился прямо передо мной.
Я растерянно захлопала глазами.
– Судя по всему, не может быть большой, так ведь?
– Три недели, – пересохшими губами выдавила я.
Внутри неприятным холодком шевельнулось предчувствие.
Нет, пожалуйста, пусть не будет этого!
– Хорошо, – Эмир кивнул.
Сейчас он выглядел странно спокойным и собранным, что пугало меня гораздо сильнее его гнева.
– Ты права, это уже факт и глупо выяснять как так вышло. Да и я виноват, что не проследил до конца, не напомнил тебе, – потирая переносицу, отрывисто говорил он.
На секунду моё сердце радостно забилось. Вот оно! Он принял! Возможно, он и не рад этому прямо сейчас, но у нас будет восемь месяцев впереди, чтобы он свыкся с тем, что станет отцом. Я помогу преодолеть ему и этот страх. Все будет хорошо.
Но следующие слова, которые произнёс Эмир, спустили меня с небес на землю. Даже не спустили, а грубо и безжалостно швырнули, разом выбив весь воздух из лёгких.
– Срок ещё маленький. Главное, что мы успеваем.
– Что? Что успеваем? С чем? – непонимающе уставилась я на него.
– Рейхан, ты ведь только что сказала, что сама не планировала заводить ребёнка. Значит, все в порядке и наши интересы здесь совпадают. Мы оба не хотим его. Остаётся дело за малым. Не думаю, что это вызовет трудности. Небольшая операция. У тебя будет лучший доктор в лучшей клинике. Не бойся! А когда ты придёшь в себя, мы сразу же поедем куда-нибудь. Куда ты хочешь? А? Любимая? Что ты молчишь?
Что я могла сказать? Горло сдавил спазм. Хотелось кричать от боли. Я не могла поверить, что Эмир на самом деле предлагает мне избавиться от нашего ребёнка.
Неосознанно я накрыла ладонью живот в защитном жесте. Эмир проследил взглядом моё движение, затем его глаза нашли мои, умоляющие, полные слез.
Он все понял. Его взгляд моментально вновь стал жёстким.
– Даже не думай об этом, – процедил он.
– Эмир… Я не смогу! Не смогу избавиться от него. Он уже живёт. Он – частичка нас! Я не смогу отказаться от него!
– А от меня?