При оплате договорился, что французские военные опять возьмутся доставить мои покупки в Марсель. Но это я уже оплачивал французскими франками.

Вечером пересчитал свои финансы, потом ещё раз обговорил с тётей состояние дел и прослезился. Опять в кармане практически пусто. Брать деньги с продажи мехов, я не буду. Вот и остаётся, что опять надо срочно идти в Союз за деньгами.

— Слушаю вас месье Легран — адвокат заявился ко мне прямо с утра.

— Месье Сакис по вашей заявке я отслеживаю предложения о продаже сухогрузов. В Англии компания «Рирдон Смит и сын» выставила на продажу новые угольщики, а в Голландии в продаже есть американские корабли — подал он мне документы.

— Семьдесят тысяч фунтов за новый угольщик? Да большой, да хороший. Но за такие деньги я могу купить несколько пароходов или целый эсминец — удивлен я таким предложением от Леграна.

После получасовой беседы и подсчётов Легран убедил меня в покупке большого угольщика, способного возить до шести с половиной тысяч тонн угля. Я попросил его заняться этим делом, но сбить цену. А в Голландии продавались не слишком удачные турбинные американские сухогрузы 1022 проекта в семь с половиной тонн с пятнадцатью узлов хода верфи Hog Island. Самое плохое, это проблемы с их довольно частым ремонтом и обслуживанием. Их надо обязательно ставить на рейс в Америку или Канаду.

— И что мы туда возить будем? — спрашиваю я у адвоката.

— Из Шотландии в Канаду сейчас идёт поставки галловейской породы коров. Браться за контракт британцы не спешат. Нет объёмов обратного груза. Рейс получается на гране убыточного.

— И? — не понял я, в чём выгода.

— Ну, вы же придумаете, что поставлять в Союз из Канады — обрадовал он меня.

— Ладно, начинайте предварительные переговоры, а я пока в Россию схожую. Но, я ещё ничего не решил — вздохнул я. Вот же придумай, что из Канады в Россию возить, да ещё там продать. Разве что сесть на их государственные заказы из САСШ.

После ухода Леграна я ещё раз перечитал список, что сейчас нужного привезти в СССР и он оказался довольно не маленький. Разделил на несколько частей и открыл свой сейф, в котором у меня около пятидесяти килограммов золотых и серебреных монет и изделий. Как бы мне бы не хотелось продавать исторические вещи, но часть всё же придётся.

После часа внимательного перебора, я ориентируюсь больше на европейскую историю, тут заплатят больше. Португальские, испанские, французские и английские монеты и изделия 16–17 века были у меня в коллекции из Африки. Уходя из Сиди-Ифти, я отдал распоряжение и Орешкову о приоритете покупки старых монет и изделий. Позвав Юрия, поехали в Лувр. Там мне тоже пришлось не сладко с работниками музея. В конечном итоге получил аванс, оставив привезённое на окончательную оценку, как историческую и художественную ценность и конечную цену…