Дверь их рабочего пространства отворилась и в комнату ввалился Сюров, босой, с грязными ногами, и безумным взглядом. Он был без макияжа и образа, высокий, с широкими плечами, узкой талией, оказалось, что он лыс и у него нет бровей.

- Ребята, вы просто грохнетесь, че было. – говорить ему было трудно, из-за сбитого дыхания, оставляя грязные следы на белом покрытии пола, он прошел к резервуару с чистой водой и выпил сразу три кружки.

- Лью, прошу тебя создать рабочий режим параллельного общения. Это позволит нам презентовать свои идеи максимально непредвзято, и высказать предложение одновременно. И пожалуйста, инкогнито, без записи.

Денвил знал, что только у нее есть такая возможность, как у бывшего работника отдела безопасности контента.

Женщина коротко кивнула и посмотрела на Григория, видимо они все же успели обсудить свои идеи.

Закрыв глаза, все погрузились в рабочий режим.

Начав говорить одновременно, они знали, что услышат презентацию каждого по отдельности, поэтому можно не бояться, что их перебьют.

Григорий:

«В общем, это… короче, я ж все время занят созданием новых маркетинговых площадок, ну по факту то, не маркетинговых, как бы, это соц. сети, но это ж чисто для рекламы то, она то там на семидесяти процентах площади просмотра контента, но и контент то нужен, симбиоз, короче. Так-то оно все работает, главное успевать замечать, когда график интереса к контенту падает. Я, то, сам его не отслеживаю, но мне нейросеть говорит. Короче, к чему я. Это все набор шаблонов, контент и оформление, и функционал.

Там то ж, все ложь, ну сам ИИ всех предупреждает, а я типо, такой архитектор лжи. Я вот думал, мне то это все еще лет десять назад надоело. Но тут просто место не пыльное и бабушка работает, она прикольная, она заботится. Просто если не тут работать, то я ее всего четыре раза в год видеть буду, по два часа, а я скучаю. Просто я знаю, что это контракт, и мне ИИ в каждой подборке говорит, что эмоциональные привязанности навязаны внешними факторами, и психологическая нейросеть каждую неделю дает мне оранжевый уровень эмоций, но я не могу ни чего сделать. Вот я и подумал, а что, если часть Аскетов не против потребления, а за чувства, но не навязанные из контента, надо им предложить …»

Денвил:

«Даже, с учетом правок ИИ весь контент вызывает эмоции. Неважно, что их сражу же обесценивает анализ и рецензия. Каждый взрослый гражданин видит карикатурность общества и ложь самого ИИ, в возможности свободы выбора. Реклама бесполезна, потому что, все покупают товар у одного производителя. Просто свои функции он разделил на компании с разными названиями. Это та же ложь, какую в людях пытается искоренить ИИ. Вокруг ложно все. И если Аскеты не могут найти правду, они не хотят видеть ложь, то надо предложить им…»