— Научный? — с искренним удивлением вздернул бровь умудренный годами Карл. — Ник, по-моему, ты слишком уж военизировал нашу экспедицию. И весьма серьезно порезал научный состав. Насколько мне помнится, изначально в нее входило только четверо егерей. И этого вполне достаточно для обеспечения безопасности. Каждый из нас не ленится посещать стрельбище, да и с представителями местной фауны хотя бы раз, но сталкивался.

— Очень смешно. То есть про русских ты уже успел забыть? А может, ты забыл и о том, что если бы не они, то я не стал бы рисковать нашим дирижаблем и вашими жизнями. Эти четверо ученых просто ширма для непосвященных, не надо об этом забывать. Несомненно, от их пребывания на борту будет какая-то польза, но главное — это не их работа, а ваша. И еще. Как только будут обнаружены русские, командование переходит к капитану Дойлу.

— Послушай, Ник, я конечно же понимаю необходимость единоначалия и не собираюсь мутить воду, но, по-моему, мы подходим к данному вопросу не с той стороны. Мы изначально видим в русских врагов, и это ошибка. С ними так нельзя. На силу они обязательно ответят силой.

— Карл, я тебя понимаю, твоя жена… Но сейчас вопрос в другом…

— При чем тут моя жена? — прервав старшего начальника, отмахнулся Рэй. — Да, я любил ее, да, она была русской, но не это главное. Поймите, русские — народ непредсказуемый. Они могут преданно заглядывать в глаза, едва ли не вымаливая подачку, и выглядеть ручными и жалкими. Но под овечьей шкурой прячется свирепый медведь. И когда последний просыпается, они бывают страшны в своей ярости. Мне доводилось видеть их в обеих ипостасях, в девяностые, когда ездил к родне жены. Вот скажи, Дойл, сохранит ли боеспособность американская часть при потерях в восемьдесят процентов личного состава?

— Мои парни…

— Я не о твоих парнях, являющихся по сути специальным подразделением. Я об обычной части.

— Хм, вообще-то… при таких потерях подразделение считается полностью уничтоженным…

— Во-от. А русские сражаются даже в этом случае и мало того — бросаются в атаку. Причем я говорю о мальчишках восемнадцати — двадцати лет от роду, практически не имеющих военной подготовки. И это не кино, а правда жизни. Вы ставите на силу, и это, по-моему, ошибка.

— То есть ты готов утверждать, что при виде нас русские бросятся к нам с распростертыми объятиями? Я правильно тебя понимаю? — уперев в Рэя строгий взгляд, произнес Лозен.

— Нет. Этого утверждать я не могу, — шумно вздохнув, возразил связист.

— Отлично. А мы не можем себе позволить рисковать. С того момента, как только будут обнаружены русские, задача всех членов экспедиции — в точности выполнять приказы капитана Дойла. И вся полнота ответственности ложится на его плечи. Это всем ясно? Хорошо. Карл, не смогут ли русские обнаружить нас по радиообмену?