— Твоя метка исчезла, рыцарь, — бесцветно проговорил он. И отстраненно добавил, будто это что-то кардинально меняло: — Моя сестра убила себя, отдав тебе свою магию.
— Что⁈ — воскликнула сзади царица. — Моя фейка улизнула?
Никто не ответил ей. Только Дайрен опустил взгляд на свои руки с распахнутыми ладонями, словно вообще не понимал, кому они принадлежат.
Где-то позади Элеандора топнула ногой по белым плиткам дорожек.
— Привести ко мне мальчишку, — прозвучал ее злой приказ. — Я выпью его до последней капли.
Один из новичков Чернокрылых двинулся к фею. Взял его за предплечье и сильно дернул в сторону повелительницы.
Кэльфиан посмотрел на царицу и презрительно отвернулся, сплюнув. И в ту же секунду получил кулаком в челюсть.
Новенький рыцарь потянул обмякшего парня к Элеандоре, но неожиданно замер на месте, не понимая, что происходит.
Дайрен преградил ему дорогу и, приставив кинжал к горлу, проговорил глухим голосом, который сам не узнавал:
— Оставь его.
— Что?.. — переспросил тот, приподняв бровь. — Отойдите, шер Эльгерши.
Глупый воин все еще пытался оставаться вежливым.
Дайрен хотел было усмехнуться. Но лицо словно превратилось в бесчувственную маску. Словно умерла каждая мышца, которая могла бы отвечать за улыбку.
Он не двинулся с места. А когда гвардеец Элеандоры попытался оттолкнуть руку с кинжалом, прижатую к его горлу, Дайрен сделал быстрое, еле уловимое движение вперед и полоснул лезвием над кадыком.
Воин упал на землю, захлебываясь собственной кровью, а Кэльфиан оказался свободен.
Шумный выдох нескольких человек разнесся за спиной первого рыцаря.
Дайрен бросил на убитого безразличный взгляд и вытер лезвие кинжала о штаны.
— Дайрен! — взвизгнула царица. — Какого мрака⁈ Взять его!
В ту же секунду, как труп упал на землю, десяток личных стражей сомкнули кольцо вокруг Элеандоры, ощетинившись зубьями клинков.
Царственная фурия сжимала кулаки, с гневом глядя исподлобья на своего любимчика.
Оставшиеся два рыцаря из отряда Чернокрылых стали обходить Дайрена по кругу, намереваясь вступить в бой. Нериэнта стиснула зубы, вызвав на кончиках пальцев сиреневый огонь. Она не торопилась нападать, медлила, словно надеясь, что все разрешится по-хорошему. Надеясь, что первый рыцарь мрака одумается и сдастся сам.
«Зря, Горный Вереск, — подумал мужчина с какой-то нездоровой циничностью, — ничто уже не будет по-хорошему».
И в следующее мгновение начался бой. Звякнули клинки, под ноги Дайрену ударила первая молния Нериэнты.
— Не дури, первый, — донеслось с ветром до него ее рычание.
И вспыхнула следующая молния.