— Девушка, клининг приходит после семи, — процедила она, не отрываясь от идеального маникюра. — И служебный лифт находится в другом крыле.
Ожидаемо,— мысленно поставила я галочку. —Реакция номер раз: визуальное отторжение.
— Боюсь, для клининга у меня слишком скучное резюме, Милана, — спокойно ответила я, подходя к стойке. Бейдж на ее груди подсказал имя. — Я на собеседование к Артуру Юрьевичу.
Милана фыркнула, словно я только что сообщила, что прилетела с Марса.
— К президенту? По записи?
— По рекомендации Ольги Николаевны, — вмешался Денис, облокотившись о край стойки. — Так что будь добра, нажми кнопку селектора и доложи, что финансовый аналитик на месте. Пока Артур Юрьевич не вылетел сюда сам. Он сегодня не в духе.
При упоминании матери президента спесь с Миланы слетела мгновенно. Она бросила на меня колючий, оценивающий взгляд, но спорить не рискнула — ткнула пальцем в панель связи.
— Артур Юрьевич, к вам тут… девушка. От Ольги Николаевны.
Из динамика донесся низкий, раздраженный мужской голос:
— Пусть заходит. И, Милана, отмени мой обед.
Денис ободряюще сжал мое плечо и шепнул:
— Держись. Он рычит, но не кусается. Почти. Я у себя, если что — пиши.
Я кивнула, перехватила поудобнее свой потертый портфель и толкнула массивную дверь кабинета.
Пространство внутри оказалось огромным. Панорамные окна во всю стену открывали вид на серую осеннюю Москву, но хозяину кабинета было явно не до пейзажей. Он стоял спиной ко мне у большого стола, заваленного папками и флаконами без этикеток, и жестко отчитывал кого-то по телефону.
— Мне плевать, что у поставщиков задержка на таможне! — голос его звенел от сдерживаемой ярости. — Если через десять дней образцы не лягут на стол технологам, я разорву контракт и вытрясу из вас неустойку до последней копейки!
Он резко сбросил вызов, швырнул телефон на стол и обернулся.
На секунду в кабинете повисла тишина. Я впервые увидела его вблизи: высокий, широкоплечий, в идеально сидящем темно-синем костюме. Темные волосы слегка растрепаны, под глазами — тени от хронического недосыпа, но черты лица выточены так, будто он сам спустился с обложки журнала.
Взгляд его темных глаз скользнул по моему мешковатому свитеру, задержался на тяжелой оправе очков и на лице, где консилер уже начинал сдавать позиции. Брови Артура поползли вверх. В глазах мелькнуло искреннее недоумение, которое он тут же спрятал за маской ледяной вежливости.
— Вы и есть тот самый незаменимый специалист, за которого ручается моя мать? — спросил он, скрестив руки на груди.
— Ксения Воронцова, — я сделала шаг вперед, не опуская взгляда. — И да, Ольга Николаевна видела мои расчеты по оптимизации рисков.