- Да, с ребёнком сейчас всё в норме. Вы переволновались сильно, и, судя по анализам, не ели ничего целый день, вот и упали в обморок. Нервная система себя защищает.
Волна облегчения прошла по всему моему телу.
- Спасибо, спасибо, спасибо! – Не могла перестать повторять я, а медсестра, с извиняющейся улыбкой, всё же вышла, сказав, что сейчас позовёт врача.
Через пару минут в палату зашла уже более взрослая женщина. По её строгому лицу стразу было понятно, что относится она к работе крайне серьезно.
- Что, милая, очнулась? Давай-ка посмотрим, что тут у тебя – она сверила показания приборов с каким-то записями, кивнула сама своим мыслям, а после села на соседнюю койку.
В палате, кстати, я была совершенно одна.
- Муж сказал, беременность была уже одна, неудачная, да?
- Муж? Он здесь? – я даже привстала на кровати, готовая снова броситься в бегство.
- А ты думала, как попала сюда? Волшебник принёс? Ушёл он, ближе к утру. Еле выгнала его из коридора, хотел ночевать в палате сначала, но у нас не положено, так он в коридоре у двери на стульях разлёгся! Сказал, утром придёт, но ещё не было.
Сердцебиение начало ускоряться. Привёз меня, беспокоился. Ха! Да если бы не он, я бы здесь и не оказалась, скорее всего.
- Так что там с прошлой беременностью?
- Была неудачная, да, замершая.
- На каком сроке?
- Шестнадцать недель. – Я напряглась от того, что непрошенные воспоминания проникли в мою голову.
Воспоминания о том, как мы сообщаем родителям и друзьям, что ждём ребёнка. Я с любовью выбираю разные вещицы и просто не могу перестать улыбаться своим мыслям.
Делаем раннюю диагностику по крови, чтобы скорее узнать пол. Мальчик. У нас должен был родиться сын. Ярослав обнимает меня и кружит, когда узнаёт, что у него будет сын, он, как и любой отец, хотел мальчика.
А потом внезапное кровотечение на шестнадцатой неделе. Я ложусь на обследование в частную клинику, и в кабинете УЗИ слышу самые страшные слова на свете, которые до сих пор мне снятся в кошмарах.
« - Сердцебиения нет будто у плода. Подождите, сейчас ещё коллегу позову – мы с мужем оба замираем. Это самые долгие две минуты в моей жизни.
Врач возвращается с какой-то другой женщиной, и она тоже начинает смотреть в монитор.
- Да, нет сердцебиения, внутри пусто.
Я начала плакать там же, навзрыд. Муж ещё держится.
- Да ты так не расстраивайся, молодая, родишь ещё! – Эти слова меня окончательно добивают. Я не понимаю, как можно быть такими бессердечными к чужому горю.»
Ярослав тогда не отходил от меня в больнице ни на шаг. Уезжал домой только спать, и проводил там целые дни. Я ощущала его поддержку, но внутри было всё равно невозможно пусто.