Глава 1. Чужие следы на белой скатерти
Страница 3 из 3
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 1. Чужие следы на белой скатерти

Страница 3

— Если я вызываю у тебя только отвращение... почему ты просто не уйдешь? — выдохнула она, чувствуя, как по щекам текут горячие, унизительные слезы.

Адриан сухо, холодно усмехнулся:

— Потому что эта квартира куплена на совместные сбережения, и мне не улыбается делить доли посреди кризиса. И потому что ты вполне сносно стираешь рубашки и ведешь быт. Удобство, Мирелла. Чистый прагматизм. Но если ты рассчитываешь на близость, романтику или верность с таким телом... ты наивна до идиотизма. Мужчина имеет право на эстетику. И если он не находит ее дома — он берет ее там, где она есть.

Он развернулся, не дожидаясь ответа, и направился в спальню.

Мирелла осталась стоять посреди ярко освещенной кухни. Свечи догорали, роняя мутные парафиновые слезы на белоснежную кружевную скатерть, которую когда-то подарила на свадьбу ее бабушка.

Воздух казался отравленным. Слова мужа эхом отдавались в висках:«Мужчина имеет право на эстетику. И если он не находит ее дома — он берет ее там, где она есть».

Она подошла к стулу, на который Адриан небрежно бросил свой пиджак. Пальцы дрожали, когда она коснулась плотной шерстяной ткани. Из внутреннего кармана выглядывал край кожаного портмоне. А прямо на лацкане, у самого воротника, белело смазанное пятно дорогого тонального крема со светоотражающими частицами и виднелся длинный, крашеный в платиновый блонд волос.

Телефон Адриана, оставленный на столике в прихожей, тихо завибрировал.

Экран загорелся. Всплыло короткое уведомление из мессенджера от контакта, записанного как «Клиент — Реконструкция»:

«Ты добрался, милый? Запах твоих духов все еще на моей подушке. Завтра в обед в том же номере? Я надела то черное кружево, которое тебе так понравилось ;)»

Мирелла стояла неподвижно, глядя на светящийся экран, пока он не погас, погрузив прихожую в полумрак.

Слез больше не было. Будто внутри нее лопнула последняя тонкая струна, держала которую слепая, безнадежная надежда. Она годами оправдывала его холодность, винила себя за каждый набранный грамм, морила себя голодом до обмороков на дурацких монодиетах, чтобы через три дня снова сорваться у холодильника от бесконечного стресса. Она превратила свою жизнь в попытку заслужить любовь человека, который открыто презирал ее и покупал «эстетику» в дешевых гостиничных номерах на стороне.

назадназад
1 2 3
в конецв конец