Автор: Инес Рейес
Лондон встречает меня свинцовым небом и мелким, колючим дождем. Капли нервно бьются о тонированное стекло «Майбаха», пока машина медленно ползет по узким улицам Мейфэра. Два часа назад мой борт приземлился в Фарнборо. Спина ноет после четырех часов в воздухе, виски слегка пульсируют от смены давления. Если честно, больше всего на свете мне сейчас хочется снять эти узкие лодочки, залезть в горячую ванну и просто уткнуться носом в плечо мужа.
Но на мне бежевый кашемировый плащ отLoro Piana, который не терпит сутулости.
Машина мягко тормозит у неприметного фасада из темного кирпича. Клуб «Карлтон». Место, где сделки на миллиарды заключаются в тихих кожаных креслах, а жены допускаются только в качестве изящного дополнения. У нас с Алексом здесь назначена встреча. Символический тост в честь нашей седьмой годовщины, перед тем как поехать домой. Я представляла, как он встретит меня, как мы посмеемся над лондонской погодой.
Швейцар с поклоном открывает дверь. Я переступаю порог, прячась от сырости в запахах пчелиного воска, старой кожи и сигар.
Метрдотель, мистер Хьюз, сдержанно улыбается, но его глаза почему-то виновато бегают.
— Миссис Каменева. Рад видеть вас, — он переминается с ноги на ногу. — Боюсь, произошла накладка. Ассистент мистера Каменева не подтвердил бронь приватной гостиной на сегодня. А сам мистер Каменев звонил пять минут назад. Просил передать, что задерживается на важных переговорах.
Где-то внутри, под ребрами, неприятно и горячо екает. Обида обжигает горло. Седьмая годовщина. Я летела утренним рейсом, чтобы успеть, а он просто поручил это ассистенту — и тот забыл. Я чувствую на себе скользящие, чуть снисходительные взгляды двух пожилых джентльменов, проходящих мимо. Жена, которую оставили ждать в холле, как забытый зонт.
Я сглатываю подступивший ком. Глубокий вдох. Выдох.
— Благодарю, Хьюз, — я заставляю свой голос звучать ровно, хотя пальцы до побеления сжимают ручку саквояжа. — Я подожду в лобби.
Я сажусь в глубокое кожаное кресло у камина. Огонь бросает блики на туфли. Я достаю телефон. Палец зависает над клавиатурой — так хочется написать короткое, злое:«Ты издеваешься? Я жду у входа». Но я со вздохом блокирую экран и кладу телефон на колени. Ссориться в сообщениях? Я просто закрываю глаза на секунду, позволяя усталости взять верх.
— Александр всегда отличался феноменальным талантом... — раздается низкий мужской голос совсем рядом. — Оставлять свои самые ценные активы на сквозняке.
Я вздрагиваю и открываю глаза.
У дубовой панели, в абсолютной, почти пугающей неподвижности, стоит Марк Серебряков.