Сашенька после школы долго не мог понять, почему фортуна повернулась к нему задом. Семья — из старой номенклатуры. Элитная школа, в которой натянули четверки по основным предметам. Большая часть одноклассников пошла дальше по разным интересным местам. И только для него оказалось, что самые вкусные варианты или разобрали, или рылом не вышел. Ведь у разных богатых и уважаемых тоже отпрыски имеются. И хлебных мест в Москве не так уж и много. Особенно, если там надо просто сидеть с утра и до обеда, а не горбатиться круглые сутки с инфарктом в придачу.

Даже выстраданная свадьба не особо поначалу помогла. Да, сунули место старшего специалиста в нефтяном гиганте. Да, зарплаты на еду хватало. Все остальное — приходилось выпрашивать у родни. Хорошо еще, что закидоны супруги спонсировали из других финансовых источников. Поэтому, когда на огонек заглянули очень старые знакомые и предложили интересную схему — он не раздумывал. Уточнил только детали и контакты, с кем надо будет в дальнейшем встречаться.

Пусть не миллионы, но денежный ручеек добавился. Из которого Сашенька дома оставлял от силы десятую часть, остальное или аккуратно тратил на себя и мелкие шалости, или складывал в кубышку. Не спеша. В надежде на будущее повышение. Даже пару дурочек из отдела присмотрел, на кого можно будет стрелки позже перевести.

И вот, когда уже сменил офисный стул на мягкое кресло. Когда приобвык откликаться на «заместитель начальника отдела». Когда дальние перспективы замаячили рядом — только руку протяни. Приперся… Этот… Бритый урод, обгадивший весь малинник. Да так, что до сих пор по ночам Касатонов вздрагивал от любого шума. Вдруг — за ним пришли? И плевать, что всех собак радостно повесили на бывшего босса. Слишком много наследил в бумагах, пень старый. Но мозги не до конца пропил, молчит. Понимает, что если вздумает лишнее ляпнуть, так запросто из госпиталя переедет на кладбище.

Закурив третью сигарету, толстяк поморщился, рваными тычками затушил окурок и задумался. Урод. Бритый урод. Которого с текущей позиции просто так не сковырнуть. Понизить? Вы смеетесь? Он и так ниже плинтуса. Но одновременно с этим — особисты с ним вась-вась. Аудит под этой ширмой еще раз договора и отчетность прошерстил. И вообще — не нравится наглая рожа Касатонову. Вызывает желание плюнуть в центр чужой флегматичной хари. Чтобы увидеть хоть какой-нибудь отблеск эмоций. Но самому так поступать — страшно. Новенький по габаритам почти в два раза больше. Двинет в ответ — и все, хана карьере. Никто инвалида на работе не оставит.