— Доброе утро, Иванов-сан. Проверяете, не испачкали ли в метро? Постоянно с грязными рюкзаками норовят прислониться.

— Доброе утро, Гаврилова-сан. Просто любуюсь. И спрашиваю себя — если я такой красивый, почему до сих пор без повышения?

Коллега, сидит сразу у входа. Чем-то провинилась и злопамятный жиртрест пересадил ее в наказание. Теперь мимо ее кубика постоянно шляются туда-сюда, от работы отвлекают и просто бесят бесконечным топ-топ-топ. На мой личный взгляд — совершенно безвредная дама, сидит на должности младшего помощника уже десять лет. Отвечает за точку, которая окучивает Замятинский район. Там мимо идут две магистральные ветки, плюс еще куча вахтовиков. Поэтому с бумагами постоянно бардак, это все транслируют наверх и Гавриловой прилетает регулярно чуть ли не каждый понедельник.

Пристроившись рядом, идем вместе. Насчет раскланиваний — это само собой. Если тебя кто-то может увидеть из других коллег — надо соответствовать. Чтобы не настучали, что поощряется всеми силами. Закозлил ближнего — плюсик в глазах руководства заработал. Одновременно с этим — два раза в год можно отжечь на максималках и за это ничего не будет. Сначала — первое воскресенье сентября, в день Нефтегазовой промышленности. И второй раз — глобальный новогодний корпоратив. И там, и там можно плясать полуголым на столах, пить до упора и вежливо спрашивать боссов «а за что вы меня не уважаете?». В другое время любое нарушение заскорузлого этикета карается со всей возможной беспощадностью.

— Гаврилова-сан, можно вопрос?

— Конечно.

— У нас в отделе есть один человек, который любит все блестящее, как сорока. И тарахтит без конца… Не объясните новенькому, за что его до сих пор этажом ниже не перевели? Никаких трудовых или профессиональных достижений я за ним пока не видел.

— О… — быстро стрельнув глазами вокруг, невысокая женщина убавила громкость и пояснила: — Он женат на дочери главы секретариата министерства горнодобывающей промышленности. Конечно, напрямую повлиять на те же квоты добычи или лицензирование не может, но наш концерн старается держать его в качестве запасного козыря.

— Печально. Потому что Лебедев-сан прекрасный руководитель. Никогда зря голос не повысит и спрашивает строго по делу. Но ближе к зиме уйдет на повышение и тогда планерки будут проходить по другому сценарию.

— Увы, — со вздохом со мной согласилась Гаврилова, добывая из черной сумочки «под крокодила» пропуск. Я пристроился следом, «пикнул» пластиком и кивком поздоровался с охраной. Еще раз — с дежурным смены. Знакомы, конвоировал меня на прошлой неделе. Удостоился ответного кивка и заинтересованного взгляда коллеги. Интересно, что она в дамской комнате про меня расскажет? Что я тайный ревизор, приставленный особистами для поиска крамолы?