Дома после душа полюбовался синяками по всему телу и решил, что это мелочи жизни. Офисной униформой прикрою. Зато поужинал с удовольствием и спал без сновидений. Отрубился, чтобы в пять утра подскочить, рожу ополоснуть и сайгаком обратно на Таганку. Сто рублей у меня пока на утренние развлечения есть. Хотя уже надо думать, где бы шабашку наскрести. Непонятно только, что с этим графиком работы «с восьми до девяти» делать. В ночные выходить? А спать когда?

Но сегодня я решил изобразить трудовое рвение и отсемафорить, что не просто так штаны протираю. Потому что от меня хотят получить отчет, вот его и клепаю. Благо, основной вал бумаг я худо-бедно просмотрел, успев по старой проблеме часть хвостов заметить. Скорее всего, это наши аудиторы уже выловили, но я скрупулезно в кучку собрал, по графам разложил и даже комментарий сунул. Типа — расход добычи и количество потраченных муфт для колонн. Время работы встроенных в скважину насосов и количество списанных фильтров. Процент серы, обводненность и статистика замены расходников для данного типа нефти. Одним словом — задокументировал найденное ранее. Больше пока ничего не нарыл.

Три копии. Одну в плотный конверт, запечатал, сверху голограмму «внутренняя почта». Подписал «отдел аудита, Васильева-сан». Суну в ящик с исходящими, который у нас специальный человек каждый час таскает в сортировочную. Там прорезь узкая — если что-то внутрь провалилось, то с концами. Только специально назначенные болванчики смогут достать и переправить дальше по адресатам.

Второй экземпляр — в архив. С номером, штампиком «принято» и разными загогулинами. Иероглифы хитрые — без специального допуска теперь этот документ просто так не выдрать. Даже мне, его создателю, не разрешат грязным пальцем колупать. Исключительно для упавшей сверху ревизионной комиссии. Тому же Касатонову не позволят нос сунуть.

И третий — это боссу. Вручу после планерки. Как положено. Могу похвастать, что не зря хлеб ем. И это — только на «твердом носителе». В электронном виде уже отправил. За десять минут до начала ежедневной раздачи люлей и других радостей жизни.

Коллектив в отделе ранжирован четко по тарифной сетке и должностным обязанностям. Стажеры и младшие специалисты — в одиннадцать утра сидят на попе ровно и дышат через раз. Не доросли еще для того, чтобы глаза руководству лично мозолить.

Старшие специалисты отвечают за свой кусок работы и присматривают за соседними кубиками, где маринуются «личинки офисных работников». Обычно грызут загривки у трех-четырех помощников. Из старших на планерку выдергивают одного-двух по наиболее проблемным направлениям. Это когда надо крайнего организовать. В остальном — выстраиваются на балкончике с папками в руках, ожидают. Вдруг потребуется справка или еще какая бумажка. Тогда позовут из себе подобных, дадут возможность получить личную «минуту славы».