Зара, всё ещё связанная приказом Суккуба , молча подняла на него встревоженный взгляд, но так ничего и не сказала.

— Успокойся, низшее создание, — хмыкнула Ашкалла, глядя на гоблиншу сверху вниз. — Клянусь своим именем, я не причиню вреда ни тебе, ни ему, ни вашим друзьям. Да, такие, как я, часто лгут и манипулируют, но мы всегда верны произнесенным клятвам.

— Всё будет хорошо, — сказал я своей спутнице, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, хотя у меня внутри всё дрожало.

— Ты слышала своего мужчину, низшая! — рявкнула Ашкалла, заставив Зару вздрогнуть. — Произнеси своё заклинание и возвращайся в лагерь! Живо!

Зара нерешительно положила светящуюся зелёным магическим светом руку мне на бедро, а затем осторожно коснулась паха. Она бросила на меня последний умоляющий взгляд, затем неожиданно крепко обняла.

— Со мной всё будет хорошо, — сказал я, тепло улыбнувшись насколько хватило сил. — Пожалуйста, возвращайся в лагерь и убедись, что с Лейланной и Беллой всё в порядке.

Гоблинша кивнула и, бросив на демоницу ещё один напряженный взгляд, неохотно удалилась.

Когда Зара скрылась из виду, я почувствовал, как часть напряжения отпустила меня, хотя сама ситуация оставалась не слишком безопасной.

— Спасибо, уважаемая — обратился я к Ашкалле, подавляя раздражение. — Второе условие: если я завершу этот сеанс раньше, я всё равно буду… как бы это сказать… полезен вашему хозяину?

Суккуб хищно улыбнулась, её глаза полыхнули огнём, в которых читалось веселье.

— Да, жалкий червяк, — промурлыкала она. — Меня проинструктировали удовлетворить тебя, и это обязательно подразумевает, что ты испытаешь оргазм хотя бы раз. Всё, что будет потом — это бонус… исключительно для нас обоих.

Я сглотнул, не уверенный, радоваться мне или не стоит.

— Ладно. И последнее. Я хочу быть уверен, что ты согласна на близость без принуждения со стороны, и делаешь это по собственной воле, — решил сказать я.

Демоница вздрогнула от удивления, затем рассмеялась и сказала:

— Вынуждена? Ты серьёзно, жалкий смертный? Какое тебе дело до моих обстоятельств? Я дарю тебе… себя, а ты ещё смеешь думать и отказываться?

— Мне не всё равно, — твёрдо ответил я.

Её хвост медленно обвился вокруг руки, кончик легонько постукивал по подбородку, словно она обдумывала услышанное.

— Невозможно понять, о чем ты думаешь, жалкий человечишка… но хорошо. Да, я здесь по собственной воле. И если бы мне не приказали, я всё равно вызвалась бы добровольцем. Нет большего наслаждения для меня, чем ломать и подчинять тех, кто упорно сопротивляется, — с улыбкой произнесла Ашкалла.