— Надо его раздеть, и быстро! Всю эту мокрую одёжку долой, и под меха греться! А то так и до горячки недалеко.

Ну, против того, чтобы меня раздевали две симпатичные девчонки, я возражать не собирался. Тем более зуб на зуб не попадает и окоченел так, что пальцы не слушаются, будто чужие.

Девчонки-лисы принялись за дело с удивительной сноровкой и деловитостью. Сняли с меня мокрые доспехи, тяжёлую куртку, рубаху, штаны. Всё это добро полетело в угол. Потом откуда-то достали тёплые влажные тряпки и начали меня обтирать, причём довольно бесцеремонно, но аккуратно, тихонько перешёптываясь и время от времени хихикая. До ушей доносились обрывки их болтовни:

— Ого, он не просто ледяной, он ещё и крепкий как каменный! — это, кажется, Сияна не удержалась от комментария, проводя тряпкой по моей груди.

— А ты что, статуи часто щупала? — негромко поддела её Селина, продолжая растирать мне спину.

— Ну, ты поняла, — не смутилась Сияна. — Мышцы у него… просто закачаешься! Никогда таких не трогала. Прямо как у героев из сказок.

— Да уж, тут не поспоришь, — вздохнула Селина, и её голос прозвучал как-то слишком томно и мечтательно. — Я, признаться, вообще не припомню, чтобы видела мужчину… э-э… привлекательнее. Я на него ещё тогда, когда он был одет, засмотрелась. Сильный, наверное…

Я лежал, слушал их комплименты и не знал, то ли смущаться от такой откровенности, то ли радоваться. Хотя, если честно, почувствовал облегчение, когда две спасительницы наконец отволокли моё окоченевшее тело к вороху мехов и буквально похоронили под горой тёплых шкур и одеял. Блаженство… Тепло начало медленно проникать в замёрзшие мышцы, а дрожь стала понемногу утихать.

И даже в полуобморочном промёрзшем состоянии, когда сознание плыло, я не мог не уловить удивительно соблазнительный аромат двух лисичек, который пропитал всю эту меховую берлогу. Дикий, терпкий, истинно лесной, с нотками хвои и чего-то пьяняще-сладкого, к тому же невероятно женственный и соблазнительный. Тот самый запах от которого у любого нормального мужчины кровь забурлит в жилах, и мысли примут совсем другое направление.

Мои спасительницы опустились на колени по обе стороны от меня, всё ещё встревоженно глядя, как меня продолжает колотить крупная дрожь, хоть и не такая сильная, как раньше.

— Всё равно холодный, — пробормотала Селина, её ладошка осторожно коснулась моей щеки. Её кожа показалась мне почему-то очень горячей. — Надо его согреть как следует. Срочно. Иначе добром это не кончится.

Сияна согласно кивнула, её глаза блеснули решимостью: