— Да я… — не успел он и слова сказать.

— Ну что за напасть с этими командирами? Вечно считают себя самыми умными, нарушают курс лечения, а потом жалуются на последствия. Лежите, кому говорю! Сейчас доктор придёт, он вас осмотрит, — медсестра скороговоркой высказала адмиралу всё, что думает, и, не принимая возражений, делала, что считала нужным, — У меня вот сын тоже всё умничает. Я ему сколько раз говорила, чтобы не выходил на работу без тёплого белья, а всё туда же: «неудобно», «натирает», «засмеют»… и что? В прошлом месяце почки простудил, работая с системой охлаждения в этом нашем несчастном дредноуте.

Почему-то такое отношение ничуть не разозлило Азраила, а даже успокоило и напомнило о прошлом. Наверняка, у кого-то из его прародителей, чьи воспоминания и опыт он сейчас использует, была такая же мать, ворчавшая по любому поводу, но с заботой и теплом в голосе. Даже как-то уютнее стало лежать на стерильной кушетке…

— Так-так! Как самочувствие? — главный врач медотсека Лазурита наконец-то появился в палате и прервал тираду женщины, ушедшей в своих переживаниях уже до третьего колена родственников.

— Жалоб нет, чувствую себя прекрасно и есть очень хочется. Не забывайте, с кем говорите — я не так хрупок, как думают некоторые, — пока он говорил, подошедший врач быстро осмотрел Азраила, проверил глаза, кожный покров там, где он ещё недавно был чёрным. Подключив на время какие-то датчики, снял телеметрию тела и, кивнув удовлетворённо, разрешил выписку.

— Как, кстати, Велиан? И где здесь ближайший узел связи? — одеваясь в приготовленную кем-то одежду, адмирал флота решил разузнать хоть что-нибудь, пока не ушёл главный врач.

— Велиан… Велиан… А, молодой боец, что вас сопровождал⁈ Да всё нормально, через шесть часов переведём с интенсивной реконструкции в обычную терапию, а ещё через пару дней встанет на ноги здоровый, как бык. Узел же связи в пятидесяти метрах направо от палаты, но если вы ищете кого-то из высшего командования, то леди Килия была в отделении родов. Она иногда посещает такие места, заливая тоску выпивкой, — мужчина с пышными усами под носом совершенно спокойно сказал, что кто-то шатается по родильному отделению и бухает прямо там. Азраилу было немного дико слышать это со своей колокольни, но он предпочёл промолчать, поглядев на ту странную женщину лично. Слишком уж её поведение было ненормальным.

Облачившись в местную военную форму с полагающимися знаками отличия, паладин смерти вышел в коридор, где встретил двух людей из приставленной охраны. Обе фигуры в тяжёлой броне синхронно отдали приветствие и молча последовали за командиром. Через десять минут блужданий, паладин смерти нашёл вход в отделение для родов и медицинской помощи матерям и новорождённым, решив поговорить сперва с Килией. Женщина нашлась очень быстро. Перед входом к небольшому тупику коридора стояла пара ребят из её экипажа, но увидев Азраила, бойцы молча отсалютовали и разошлись в стороны — ему препятствовать никто не мог в принципе. Сделав знак сопровождению оставаться здесь, он двинулся дальше.