— Ну, скажи мне графиня, каково это, ощущать себя бездушной машиной?

— Сложно ответить, — медленно ответила Хила, стараясь уловить нюансы восприятия. — Чувствую необычайную легкость.

— Ты с этим поосторожней. Легкость она чувствует. Твой носитель весит около полутора тонн, так что полегче. Привыкни, покрути настройки сенсорной группы, там по умолчанию все стоит на минимальных показателях.

— А в теле Синта такие же ощущения?

— Вот влезешь в него, когда напечатаю, тогда и расскажешь.

Если расскажу, что уже провел опыт по интеграции в Синта, то графиня непременно начнет докапываться до мелочей. Пока не будет решена проблема с империей Хеймур, ее к нашим делам лучше вообще близко не подпускать.

Хила разжала и сжала пальцы рук, покрутила головой, сделала несколько осторожных движений, прежде чем я отключил магнитные фиксаторы, что удерживали ее тело на жесткой раме.

— Воняет чем-то паленым, — вдруг заявила она, пройдя по мастерской несколько шагов.

— Так пахнет космос, Хила. В этом ангаре нет атмосферы. Понизь чувствительность химических анализаторов, если не нравится. Я вот, например, давно привык к этому запаху.

— Очень странные ощущения, Лич, тело воспринимается как свое собственное, и совершенно голое, но в то же время чувствую себя очень защищенной.

— Мне понадобилось много лет чтобы написать программу интеграции тела и оцифрованного сознания. Если бы не эта программа, сейчас твои движения больше напоминали бы судороги.

— Очень сухо, и пить хочется.

— Фантомные ощущения, дня через три пройдут. Ты еще по привычке чесаться будешь, пытаться моргнуть или вздохнуть. Ничего из этого не получится. Нужно просто успокоиться и попытаться влиться в тело как жидкость в сосуд. Чем больше будешь двигаться, тем скорей привыкнешь. Я сейчас собираюсь на Землю, полетишь со мной?

— Ну конечно же, за одно посмотрю, что это за планета.

— Сейчас там конечно жалкое зрелище, но прежде была вполне себе живой колыбелью человечества.

Пытаясь привыкнуть к новому телу, Хила кое-как с моей помощью добралась до челнока. Так как ангар изначально не имел атмосферы, нам даже не пришлось стравливать давление, мы просто вылетели в открытый космос с открытой палубы.

Пролетев дальше по курсу движения орбитальной станции, стали постепенно погружаться в атмосферу, отмечая на сканере маршруты движения воздушных очистных платформ, раскинувших километровые сети чем-то похожие на крылья стрекоз, закрепленных спиральным веером вокруг яйцевидной сферы перерабатывающего комплекса.

— Атмосферные комбайны, — пояснил я, приближаясь к длинной веренице этих устройств, парящих в верхних слоях атмосферы. — Очищают атмосферу от пыли и пепла.