— Господин Голицын, извини, парни не так поняли своё задание, — произнёс Матвей Александрович. — Хорошо, что вовремя подоспел.

— Вы разрулите? — задал ему вопрос один из парней.

— Свободны, — коротко ответил помощник отца Виктории.

Парни спокойно развернулись и отправились к другому джипу, а Быстров развёл руками и произнёс:

— Алексей, сам понимаешь, накладки случаются.

— Бывает, — спокойно ответил я. — Могу идти?

— Гм, тут такое дело, — вздохнул Матвей, — с тобой желает переговорить отец Вики. Пётр Иванович попросил парней тебя к нему привезти, а они всё поняли в меру своего скудного ума. Надеюсь, ты не против со мной проехать и пообщаться с господином Самойловым?

— Это из-за того, что девушка меня объявила своим парнем? — поинтересовался я.

— А разве это не так? — вопросом на вопрос, ответил Матвей.

— Смотря как на это посмотреть, — хмыкнул я.

— Тогда погнали? — мой собеседник вопросительно на меня посмотрел, а потом кивнул в сторону джипа.

— Хорошо, — согласился с его предложением, понимая, что беседы с родителем девушки не избежать.

До ресторана доехали за десять минут, при этом в джипе висела напряжённая тишина. Быстров даже музыку выключил, давая мне возможность поразмыслить. Если правильно понимаю, то господин Самойлов стоит во главе клана, занимающегося различными делами и часть из них носит криминальный или около криминальный характер. Слишком уж некоторые моменты явные, в том числе и демонстрация возможностей. Одна больница чего стоит! Или это такой бизнес? Не, не смешите мои тапки! Братков на своём веку повидал, их легко отличаю от обычных граждан. А если вспомнить, что родитель дочурку желает вывести в светское общество, но самому туда путь заказан, то вывод очевиден. Он точно из авторитетов в этом мире. Ещё и поэтому-то Вика ведёт себя так свободно и независимо, не боится ничего и никого. Вот в этом она не права, дураков и идиотов хватает. Почему ей доходчиво не объяснили? Из-за её характера? Так она показалась мне далеко не дурой. Впрочем, не удивлюсь, если её негласно охраняют и не те быки, которые меня поджидали у общаги.

— Приехали, — произнёс Матвей, подумал и продолжил: — С плеча не руби, но и врать не пытайся. Если враньё наружу всплывёт, то сделаешь себе хуже.

— А какой смысл? Грехов за собой не чувствую.

— Ну-ну, святая наивность, — усмехнулся Быстров. — Пошли, не будем заставлять господина Самойлова ждать.

Ресторан впечатляет, но он расположен не на одной из центральных улиц. Вряд ли тут много посетителей бывает, да ещё на двери немного выцветшая табличка весит. Судя по некоторым признакам, её никогда не переворачивают и не снимают. Так вот, на ней написано, что мест нет, а вход строго по клубным картам. Швейцар-вышибала распахнул перед Быстровым дверь, на меня даже не глянул. Ну, понимаю, я для служителя кабака никто. Матвей ни слова не сказал, только кивнул и быстрым шагом направился в один из залов. Как только вошли, то к нам подошёл официант и шепнул: