— Откроем фракцию, используем игроков, — не задумываясь, ответила Романова. — Дело осложняется только единственным астральным респом. В крепости Панд. Это проблема.

— Кстати, как точка возрождения вообще оказалась у них? — вклинился я в разговор. — Это же противоречит правилам игры?

— Да, в Астрале не планировались респы. Это пространство вообще не предполагалось для заселения игроками, — усмехнулся Сэй-Рус. — Но, как видишь, получилось по-другому. По сути своей Астрал — громадная свалка Сферы Миров, куда попадают осколки разрушенных и уничтоженных миров. Смотри.

Он извлек лист бумаги и быстро нарисовал в его центре большой вихрь, окружив его клубящимися облаками.

— Это Водоворот, гипотетический центр Астрала, — сказал Сэй-Рус. — Грубо говоря, горлышко пылесоса. Он исторгает Бури, которые приводят в движение все то, что попадает в Астрал.

Он нарисовал спираль, исходящую из центра и пронизывающую весь рисунок. Дополнил его множеством черных точек и продолжил:

— Бури, они же Шторма, создают течения, некую исполинскую медленную воронку, которая рано или поздно засасывает в Водоворот все астральные объекты. Вот такая космогония.

— И причем тут круг респа? — спросил я, скептически разглядывая изображение. Художник из эльфа, честно говоря, был так себе.

— А при всем. Как я уже сказал, в Астрал попадают останки разрушенных миров. В том числе — и стертых истинных огнем. Круг респауна — неуничтожимая штуковина, не имеющая прочности. Она уцелела и дрейфовала там. Панды нашли ее и отбуксировали на Осколок, захваченный территориальным влиянием их замка. Дальше начал работать обычный механизм воскрешения. Как-то так. Понял?

— Следовательно, если так, в Астрале сейчас «дрейфуют» и прочие респы уничтоженных миров? Ведь в каждом мире их множество, по числу провинций?

— Так и есть, — подтвердил Сэй-Рус. — Но без территории они неактивны, и потому не работают. А Астрал настолько велик, и вдобавок пребывает в движении, что наткнуться можно чисто случайно. Пандам просто повезло.

— У меня еще вопрос, раз вы такие добрые сегодня, — сказал я, — А что происходит с предметами, которые попадают в Водоворот?

— Они выбрасываются прочь, за пределы Сферы Миров, — не задумываясь, ответил Сэй-Рус. — В ничто, цифровую пустоту. Там исчезает все.

— Это придумали вы?

— Да, но концепцию воплотил «процедурный», со своими поправками. Порой очень неожиданными.

Тао, стоя на высочайшей башне клановой твердыни «Плачущего Дьявола», замка ПРОЕКТА АД, тоже думал о том, что последствия оказались неожиданными. Сквозь мерцающий Купол он смотрел на горящие возле замка огни огромных пентаграмм. Семь, восемь, девять — они окружили «Плачущий Дьявол» сплошным кольцом. Тао узнавал сигны и знаки: крылатый меч Ахэльмара, ущербная луна Ардэтэль, драконья голова Диаманта… И прочие, прочие, все высшие Дома Тьмы явились сюда. Пришли и атаковали, мгновенно загнав цитадель ПРОЕКТА в осадный режим. Намек был ясен — пощады не будет. Тао знал, что манило и притягивало их.