Пусть ждут, - он развернул меня к себе, не выпуская из кольца своих рук. Его ладонь поднялась к моему лицу, большой палец медленно очертил контур моих губ, заставляя их приоткрыться. Мы стояли так близко, что я чувствовала каждое движение его грудной клетки. Напряжение между нами достигло такого предела, что, казалось, воздух вокруг нас сейчас заискрит. Он наклонился, его губы замерли в миллиметре от моих. Я уже чувствовала их вкус - терпкий, властный, обещающий погибель моему здравомыслию. Я невольно подалась вперед, закрывая глаза, ожидая этого сокрушительного поцелуя…

Но Руслан вдруг замер. Его ноздри расширились, он втянул воздух.- Эдуард пригнал машину, - прохрипел он, с трудом заставляя себя отстраниться.

Я открыла глаза, пытаясь прийти в себя. Мои губы горели, а тело требовало продолжения, но Альфа уже надевал маску хладнокровного бизнесмена, хотя его руки всё ещё заметно подрагивали. Иди за сумкой. И постарайся не выглядеть так, будто я только что... запнулся, обжигая меня взглядом, …..будто я только что признал тебя своей.

А ты признал? - я вскинула подбородок, пытаясь вернуть себе хотя бы крупицу былой наглости. Руслан усмехнулся, поправляя мой воротник. - Я признал, что ты - самая дорогая и самая бесячая инвестиция в моей жизни, Таисия. А теперь пошли. Нам нужно показать этим медведям, кто в городе настоящий хозяин. И чья это женщина.

Я шла за ним к лифту, чувствуя, как шелк платья ласкает бедра, а взгляд Руслана, прикованный к моей спине, жжет сильнее любого солнца. Я знала: этот вечер будет жарким. И дело было не в переговорах, а в том, что зверь внутри Волкова окончательно сорвался с цепи.

Глава 12. Медвежья услуга и мелкий шрифт

Ресторан «Берлога» полностью оправдывал своё название. Полумрак, тяжёлые дубовые столы, чучела диких зверей на стенах и запах настолько густого тестостерона, что его можно было намазывать на хлеб вместо масла. Руслан ввёл меня внутрь, собственнически положив руку на мою обнажённую поясницу. Его ладонь жгла кожу, напоминая о том, что молнию мы застегнули, но напряжение между нами никуда не делось. Оно искрило, заставляя воздух вокруг нас вибрировать.

Помни, Тася, - прошептал он мне в самое ухо, - улыбайся, выгляди дорого и не пытайся никого укусить. Это моя работа.

Я буду само очарование, - промурлыкала я, поправляя цепочку на шее. - Пока кто-нибудь не наступит мне на ногу или не предложит сырую оленину.

За столом нас уже ждали. Виктор, тот самый Альфа Медведей со стройки, выглядел в костюме как шкаф, обтянутый дешёвым атласом. Рядом с ним сидели ещё двое «шкафов» поменьше, которые смотрели на меня так, будто прикидывали, сколько во мне калорий.