- То есть люди-зануды! – сделала умозаключение Шэрон, намекая, что её муж зануда.

- Мам… - села я рядом с ней на диван. – Ты жила с этим занудой столько лет, и только сейчас решила его переделывать? Он такой как есть, ты его любишь со всеми хорошими и плохими качествами. С чего сейчас этот бунт? – взяла маму за руку, успокаивая её.

- Может я никогда не обращала внимания, на то какой он у нас занудный… - сдвинула плечами она. – Или закрывала на это глаза…

- Папа у нас не занудный. Он рассудительный, спокойный, уравновешенный. И ты его всегда ценила и любила за это. Что же теперь поменялось? – поинтересовалась я таким неожиданным изменениям мамы.

- Не знаю! – воскликнула она как-то раздражённо. – Мне хочется чего-то нового в жизни, новых впечатлений, каких-то изменений. Я не хочу сейчас свою жизнь проживать серо и скучно. Я не молодая уже, но и хорониться себя в серых буднях я ещё не намеренна. – сердито сказала она, будто говорила это отцу, а не мне.

- Так это не повод менять что-то в доме, если этого не хочет отец. Возьми и измени что-то, что не будет касаться напрямую папы. Прическа, новые туфли, освежи рабочий стол… Новые цветы в саду посади… - предложила я, пытаясь утихомирить маму.

Она задумалась. Просто зависла на минуту, видимо обдумывая мои слова.

- А и вправду! Не хочет ничего менять, я сама что-то поменяю. – взбодрилась Шэрон, откидываясь расслаблено на спинку дивана.

- Вот и чудесно! А я приглашаю Вас пообедать с нами. – решил Томас быстро сместить внимание на что-то другое.

- Обед? – удивилась мама. – Ну давайте! – поднялась воодушевлённо она, направляясь на кухню за Томасом.

Мы втроём разместились за кухонным столом, обедая в спокойной и дружелюбной обстановке. Маме понравилась рыба Томаса, - она нахваливала её всё время, пока ела.

- Как вам совместная жизнь? – вдруг спросила она. – Как уживаетесь? Не ссоритесь? – поглядывала то на меня, то на Томаса, пытаясь уловить наши взгляды, жесты, скрытые детали.

- Всё хорошо. – быстро и с лёгкостью ответил Томас. – Бывают мелкие споры, но всё решаемо. – он положил свою руку на мою, ловя мой взгляд.

- С Томасом сложно поссориться. – хихикнула я.

- Вы такие милые… - заулыбалась мама. – Кто б подумал, что через столько лет дружбы сложиться такая пара. Я очень рада за вас.

Она так лучезарно улыбалась, что я сама невольно тоже улыбнулась.

- Ох… Любовь, эти бабочки… Мне не хватает этого… - смахнула слезинку Шэрон, продолжая улыбаться. Была ли это слеза радости или тоски за прошлым, я не знала.

- Мама… - встала я из-за стола и подошла к ней сзади. – Бабочки летают первые пару месяцев, а потом уже созревает любовь, перерастая в уважение, понимание, заботу, глубокие сильные чувства. – обняла я её. - Хотя мы наших бабочек пока не отпускаем. Стараемся изредка придумывать что-то такое, что разжигает огонь с новой силой.