А вот граф вовсе сидел, как пришибленный и смотрел в одну точку. Ощутив прикосновение Мира к своему источнику магии, Морион чуть не упал в обморок. Конечно, он думал, что это всё Сила Эльки, и уловил лишь мимолётное осознание, насколько эта Сила велика. Но когда он словно своими глазами увидел проклятие рода, которое девушка стёрла в пыль, у него случился шок.

— Как такое возможно? — бормотал де Гис. — Этого не может быть. Так не бывает.

— Элина, я задал вопрос, — ледяным тоном проговорил Дар.

Нервно потеребив кончик золотистой косы, Элька подумала, что сделала нечто плохое и явно нанесла непоправимый вред Мориону. Не зря же он в таком состоянии. Она настолько расстроилась, что всхлипнула, и задрожала, с трудом сдерживая желание разреветься. Опустив голову, Элина очень тихо, с дрожью в голосе, произнесла:

— Я что-то опять не то сделала, да? Навредила Мориону? Но я ведь только пятнышко убрала, оно там было лишнее. Я не хотела, правда!

— Ты неподражаема! Пятнышко убрала! Вот умора! — захохотал вдруг Эш, отчего все подпрыгнули на месте.

Хранитель понял, что готов выпороть Эльку за такое безрассудство. Слова девушки о пятнышке просто не укладывались в его голове. Смех вырвался сам по себе и был скорее похож на истерику. А вот Дарион не сразу понял, что так развеселило брата. Бросив суровый взгляд на Эша, вытирающего слёзы от смеха, Дар процедил:

— Ничего смешного здесь нет.

— Да ладно тебе! Она же сказала, пятнышко было лишнее, — фыркнул Эш.

Осознав, что беда всё же прошла стороной, хранитель теперь с трудом сдерживал гнев. Дар сердито поджал губы и уже собирался высказать всё брату, но тот резко перестал смеяться. Обстановка в столовой моментально изменилась. Элине показалось, что в помещении словно стало холоднее, а Дарион вдруг понял, в какой ярости сейчас находится брат.

Затаив дыхание, Элька комкала подол платья в ожидании нагоняя. Эш всегда так делал — сначала смеялся и издевался, а потом отчитывал так, что хотелось забиться в дальний угол. Эштиар пристально разглядывал девушку, стараясь унять злость, чтобы не сорваться.

— К сведению для маленьких недоучек, которые плохо читают учебники, — чеканя слова, произнёс он. — Родовое проклятие не снимаемо! Его можно перекинуть на кого-то другого. Максимально уменьшить силу и влияние на конкретного члена семьи, что мы и сделали. Но снять его — невозможно!

Элька вскинула голову и начала переводить изумлённый взгляд с одного хранителя на другого. В очередной раз она не понимала — Эш так шутит, или она действительно сделала нечто невозможное по определению.