— Я постоянно буду рядом. Что бы ни происходило не паникуй.

Судорожно вздохнув, Элька кивнула и закрыла глаза. Дар бросил ещё один многозначительный взгляд на брата и заметил, как тот благодарно улыбнулся. Вот это испугало сильнее, чем все действия Эштиара. Поджав губы, Дарион сделал глубокий вдох и постарался последовать собственному совету — не паниковать. Он положил вторую руку на лоб Эша и принялся читать заклинание.

Стоило первому слову слететь с губ хранителя, как внутри барьера поднялся пронизывающий до костей ледяной ветер. Морион поёжился, но постарался не отвлекаться на такие мелочи, как холод, и сосредоточился на барьере. Только через пару минут учёный пошатнулся из-за сильного порыва ветра и понял, что устоять на ногах не получится при всём желании.

Опустившись на землю де Гис подполз к бревну, на котором обычно любил сидеть Дар во время тренировок с Элиной. Граф прижался к бревну спиной и едва не вскрикнул, когда над Элькой с хранителями полыхнули разряды молний. Вместе с молниями под ногами мелко задрожала земля, что очень испугало Мориона. Когда снимали первый слой блока, такого не происходило.

Вскоре ветер слегка поутих, зато молний стало столько, что было практически невозможно смотреть на фигуры в центре круга. Глаза де Гиса болели и слезились от ярких вспышек, зубы стучали от холода, но учёный терпел.

В какой-то момент молнии переплелись, словно спутанные нитки, и образовали собой сферу прямо в центре. Теперь увидеть, что происходит с хранителями и Элиной стало невозможно. Да и смотреть было больно настолько, что де Гис зажмурился, прислушиваясь к громким выкрикам заклинания, которое без остановки проговаривал Дар.

Хранитель не замолкал ни на миг и с каждым произнесённым словом воздух звенел и вибрировал от нарастающей Силы. Морион думал, что так будет происходить до тех пор, пока с Эльки не снимут слой блока, но неожиданно всё прекратилось. Вокруг стало невероятно темно и тихо, отчего граф испугался, что он ослеп и оглох. Но звук собственного дыхания опроверг эту мысль и де Гис открыл глаза.

В центре круга по-прежнему лежали Эш с Элиной, лица которых были похожи на восковые маски. Морион вздрогнул от ужаса, когда понял, что сейчас эти двое очень напоминают мертвецов. Дарион всё также сидел рядом, но теперь молчал и не открывал глаз. На лбу хранителя выступила испарина, а губы сжались в тонкую полоску.

Молний больше не было, как и ветра. Ничто больше не нарушало гробовую тишину внутри барьера, разве что дыхание графа. Барьер работал стабильно и выдержал всё, что произошло здесь недавно — об этом говорило слабое сияние преграды. Учёный подумал, что Эштиар ещё тот перестраховщик, раз отдал ему пять мощных накопителей и три амулета барьера. Судя по всему, им хватит и одного.