— Надо, — развел руками подъездный. — Деды ваши так жили, отцы, и вы, стало быть, терпите. Сам же говоришь — традиция. Родион, давай пошли со мной. Я тебя сейчас к Потапычу отведу, он как раз в подвал отправился трубы простукивать. При нем побудешь покуда, а после решим, куда тебя после приткнуть.

— Давай-давай, — ангельским голоском буквально пропела Жанна, а после помахала Родьке ручкой. — Все как ты любишь — темно, тихо и едой пахнет. Правда, той, которую уже кто-то ел, но это не так важно.

Ничего ей на это Родька не ответил. Он уходил гордо, печатая шаг мохнатыми лапами. И только раз на меня глянул, без злости, скорее укоризненно. По всему выходило, что в этот самый момент я должен был понять, как ошибся, и восстановить справедливость.

Но не сложилось, и отправился мой слуга, солнцем палимый, ветром гонимый, приносить пользу обществу на ниве коммунального хозяйства. Что до Жанны — она, прекрасно понимая, что следующая в очереди на раздачу памятных подарков, прострекотала что-то вроде «ой, я тут вспомнила!» и покинула квартиру, после чего в той установилась тишина. То, чего тут так давно не было.

Я поблаженствовал минут двадцать в этой идиллии, после чего отправился на кухню в надежде закрепить прекрасное настроение чем-нибудь эдаким, с большим количеством калорий и желательно жареным.

Фиг! Холодильник был пуст, прямо как в те времена, когда я работал в банке. Но даже тогда в белоснежной ледяной пустыне встречались кетчуповые вкрапления и зеленые островки замерзшего насмерть укропа. А тут прямо белое безмолвие какое-то. Эта мохнатая прорва даже кубики «Магги» сгрызла.

Господи, вот куда в него лезет, а?

Я закрыл дверцу холодильника, подумав о том, что в случившемся, между прочим, можно узреть руку судьбы. Возможно, высший разум таким образом дает мне понять, что недавнее решение наведаться к Абрагиму и через него попробовать достучаться до загадочного Хранителя кладов не лишено смысла. Мало того, он тот единственный шанс, который остался у Бэллы. Еще, конечно, есть кабальный и очень грязный вариант, в котором участвует Марфа и неведомая мне девчонка, обреченная на смерть ради того, чтобы жила сестра Ряжской, но я в это болото не полезу. Это как раз тот случай с коготком и пропавшей птичкой из сокровищницы народного фольклора. Мне он не подходит.

Хотя и тут, конечно, «нет» куда больше, чем «да». Велика вероятность того, что Хранитель пошлет меня куда подальше сразу, без всяких встреч. Ну, вот неинтересен я ему ни с какого ракурса. Может случиться по-другому, но ровно с тем же результатом: из уважения к Абрагиму он меня выслушает и пошлет только после беседы.