А тут вон какая красота, все понятно — вот река, вот стога, вот московский двор, вот Жуков Георгий Константинович на фоне горящего Рейхстага. Кстати, московский двор я бы даже у себя дома повесил, не значься напротив него цена в виде шестизначной цифры. Очень душевно получилось.

Но самое интересное, конечно же, находилось на форумах, посвященных современной русской живописи. Ох, какую кучу информации я перелопатил, сколько нового узнал о тех, кто посвятил себя служению славной богине Клио. Почему ей? Древние греки не выделяли живопись в отдельный вид искусства, считая ее ремеслом, которое фиксирует настоящее для будущего. Ну а за историю тогда отвечала именно Клио, потому все художники автоматически зачислялись в ее штат. Про это экскурсовод рассказывал в Афинах, вот я и запомнил.

Не стану врать, мой фигурант не являлся знаковой персоной, хотя свои пять посмертных минут славы он, конечно же, получил. Его смерть дня на два стала темой номер один для обсуждения на всех ресурсах, что я просмотрел. И вот оттуда я и выудил кое-какие интересные детали.

Оказывается, в свое время Матвей был замешан в не очень красивой истории, связанной с изготовлением реплик, то есть копий картин известных мастеров прошлого. В данном случае, правда, не слишком известных, но все же востребованных. То ли их продавали как подлинники, то ли еще что, но скандал вышел громкий, кого-то даже посадили, а по поводу Серебряного один человек сказал так: «Главное не это. Они знали, что занимаются полным дерьмом, но только Матвей делал это с огромным удовольствием. Мало того, он наверняка считал, что его копии превосходят оригинал, хоть любой из нас скажет, что это не так. Не удивлюсь, если лет через десять какие-то из них всплывут на аукционах без упоминания того, что это копия. С Матвейки станется».

Еще он очень некрасиво расставался с женами, которых у него насчитывалось аж четыре штуки. Каждую из них он выгонял из дома без копейки, а после сражался с ними в судах, как лев. Впрочем, там еще те милашки, похоже, были. Их бывшего еще закопать не успели, а они друг с другом уже сошлись в бою за наследство, которое, к слову, даже не открылось к тому времени. Завещания Серебряный не оставил, как видно предполагая, что после начнется вот такая фигня. Подложил бывшим свинью. Хотя, может, и нет. Может, просто не оставил, и все. У нас до сих пор выражение посмертной воли не слишком распространено.

Само собой, я сразу заподозрил, что покойный живописец, вволю насмотревшись на бесчинства бывших, начнет их гробить, но нет. Все четыре живы, регулярно ходят в суды и, судя по страничкам в соцсетях, кошмарами не мучаются.