Первая папка, вторая, третья… Не то, не то, не то… Оп-па!

«План-схема расположения малых хранилищ на территории Иркутской области. Строго секретно».

Ну нифига себе секретность у них! Папка просто на столе валяется — бери, читай, просвещайся. Странные парни.

Он открыл папку. Внутри — несколько плотных листов. Карта! Развернул прямо на столе, посветил фонарем, желая удостовериться, что нашел именно то, что нужно. Так… Это вот Иркутск… Это вот дальше идем, Байкал… а вот и его заповедник! И жирный красный крест на месте бункера, из которого солдафоны лезли. Захар вспомнил взрыв и усмехнулся. Помогли вам ваши резервы, козлы? Наелись тушенки да сгущенки?

Да. Это было то, что нужно. Так. Это что у нас?

Карта была в двух экземплярах. Захар начал ее разворачивать, как вдруг услышал легкий скрип.

Как будто кто-то пошевелился на стуле.

Забытый было страх горячей волной взметнулся откуда-то снизу живота и ударил в голову, мгновенно покрывая тело липкой испариной. Если в крови еще и оставались спирты, то сейчас они выветрились моментально. Медленно, боясь увидеть то, что нарисовало его воображение, Захар поднял голову…

… и заорал.

Зеленовато-черное лицо полковника, с частично отслоившейся кожей, оказалось ровно напротив его лица. Сквозь дыру в черепе Захар смог рассмотреть коричневую слизь, в которую превратились остатки мозга. Мертвец сменил позу и теперь сидел, подавшись вперед, оперевшись на локти. И смотрел слепыми глазами на Захара.

— Твою мать!

Мертвец шевельнулся. Захар, инстинктивно схватив со стола бумаги, отпрянул назад, споткнулся и тяжело рухнул на задницу.

— Что за херня⁈

Ответа не было. Только шорох в темноте, обозначающий шевеление.

Захар лихорадочно зашарил по полу вокруг себя, пытаясь отыскать оброненный фонарик. Его нигде не было. Из темноты раздался отчетливый скрип — будто кто-то поднялся со старого стула.

Рука нащупала теплый пластик корпуса, Захар лихорадочно нажал на рычаг динамки и посветил вперед и вверх.

— Черт!

Высокий, почти с Захара ростом, офицер, высился над ним. Молчаливый. Широкоплечий. И мертвый.

— С-сука…

Тело отреагировало само. Бумаги отправились за пазуху, руки вскинули обрез, а пальцы дернули оба спусковых крючка.

От грохота заложило уши. И без того мертвое тело, получив в грудь заряд крупной дроби, перелетело через стол и рухнуло в углу… и зашевелилось, пытаясь подняться.

Больше Захар себя не сдерживал. Пятясь, он наткнулся на дверной косяк, поднялся, перебирая по нему руками, а когда темный силуэт в глубине комнаты выпрямился, просто развернулся спиной и рванул по коридору.