— Потому что Солнечный Шторм прятался в свой мир сразу, стоило ему натворить дел самому или в компании других захватчиков. Потому что, отведав энергию мира, пусть малость, но он ощутил колоссальный рост силы. Пусть на своей родине он становился слабее, но всё равно был самым сильным. А потому мог убивать всех, кто пытался подобраться. Ты вряд ли это понимаешь, но влияние этого человека распространялось на все страны в той или иной степени, но появлялся он не так уж часто, всего раз в 90–100 лет по местному летоисчислению. С ограниченным влиянием мне оставалось только ждать.
— То есть я оказался орудием против него? — спросил я.
— Если бы не ты, то кто-то другой. Какой-то монстр или вообще гриб-мимик, возможно, даже овощ из иного мира. Всё возможно, я не сценарист, а скорее зритель и немножко режиссёр, желающий определённого результата. Я воспользовался «Мудростью Природы», чтобы передать послание. Это было единственное реальное вмешательство в твою жизнь без учёта молитвы твоей возлюбленной, а дальше всё сложилось почти идеально. А потому я и помог тебе с призывом. При этом и само создание желало попасть в иной мир и устроить пиршество из людей. Я помог сразу двум существам с желаниями, а итог это уже ваше личное дело. Хе, не стану скрывать, это ещё и расчёт на любопытство и голод . Если захочешь со мной связаться, накопи интеллект и активируй «Мудрость Природы», после чего произнеси моё имя. А не захочешь, не произноси, но мне нужны исполнители в миры с ограничениями. Моя небольшая группа на стороне защищающихся, а не атакующих, — сказал Малявка, последнее буквально протараторил на очень высокой скорости.
Спустя миг в небе произошёл многокилометровый прорыв пространства, лучи от которого протянулись к останкам Солнечного Шторма.
Но я лишь на миг глянул на них, а потом всмотрелся в портал: там показались огромный минотавр, дракон и, кажется, великан, глядящие вниз.
Мой собеседник превратился в остаточный образ, который стал линией, устремлённой к разрыву.
Кажется, я видел, как из его груди в сторону монстров вылетал какой-то очень мускулистый мужчина.
Похоже, там у них своя атмосфера.
Прорыв исчез, тело главного индейца тоже.
На этом международные соревнования и вся моя поездка на материк индейцев завершились, и я отправился домой.
— Вольт кар-р-роший! — заявила огромная белая птица.
— Да, но мало быть хорошим. Тебе же нужна твоя мороз-птица, то есть Пии? — спросил я у попугая.
— Вольту нужна Пии. Она кр-р-расивая!
— Тогда лови вон тех здоровенных крокодилов, собирай их в букет и неси на вершину горы, где она обитает. Если сработает, выполнишь мою просьбу.