Умывшись, я рассмотрел собственное отражение. Светлые, короткие волосы, мягкие скулы, синяки под серыми глазами. В общем, на меня смотрело моё лицо, а не чьё-либо ещё. Ну а что? Только сейчас я окончательно убедился в том, что перенёсся в иной мир в собственном теле.
Опыт. Я так хорошо разглядел его в Лиаме по той простой причине, что и сам обладал им: проведённые за компьютерными играми вечера всё-таки оправдали себя и подарили мне ценный багаж знаний о подобных мирах и их устройстве. Вот бы моя мама удивилась, если бы об этом узнала.
Придавшись мыслям о моих родных, я невольно вверг себя в тоску, но что более важно — я усыпил свою бдительность. Я не обратил внимание на шуршание листвы ближайшего дуба и обернулся лишь тогда, когда услышал хлопанье массивных крыльев.
Некое существо, похожее на очень крупную птицу, гулко рухнуло на землю и начало видоизменяться. Его серо-коричневые крылья становились уже, а перья уменьшались, постепенно врастая в плоть. Фигура существа удлинялась, приобретая гуманоидный облик, пока передо мной не предстала прекрасная темноволосая девушка с ярко-жёлтыми глазами, кожа которой имела необычный светло-серый оттенок.
Машинально подняв с земли меч, я отскочил назад и изумлённо уставился на незнакомку, осторожно проводя по ней взглядом снизу вверх. Из её длинных ног, стройного тела, тонких рук и шеи ещё росли немногочисленные перья, которые едва ли скрывали наготу девушки. Взгляд незнакомки казался диким и хищным, лицо при этом было утончённым и худым, а уши — острыми и вытянутыми. Длинные чёрные локоны волос сильно запутались и переплелись; из них торчали листья и пара небольших веточек. Уже во второй раз за этот день я лицезрел перед собой эльфийку.
— Сестра, в наши угодья забрела дичь! — воскликнула девушка, не спуская с меня взгляда.
Она говорила на совершенно ином, более приятном и в то же время сложном для слуха языке, но я отчётливо понимал каждое произнесённое слово. К моей радости, наложенное на меня заклинание понимания языков всё ещё продолжало действовать.
Я хотел было возразить эльфийке, деликатно подметив, что слово «дичь» применено ею не совсем удачно, но в этот миг старый дуб снова зашелестел, и из его дупла вылетела очень большая сова. Высотою почти в половину человеческого роста, эта птица сделала круг надо мной, а затем спикировала мне за спину, мгновенно превратившись в ещё одну эльфийку.
Эта девушка имела тёмно-рыжие волосы, такие же длинные и неопрятные, как у её сестры. Оказавшись прямо возле меня, она как ни в чём ни бывало принялась обнюхивать мою шею. Я отшатнулся от второй эльфийки, но постарался не делать резких движений и не направлять меч в сторону незнакомок.