Оттуда она вынула две небольшие ёмкости, напоминавшие уменьшенные канистры.

— Фризовый газ под давлением. Им здесь заменяют фреон в холодильнике. Бытовая химия в этом эхо вообще на загляденье, если вдруг решишь запастись всякими чистящими средствами.

— Хм. И что ты с ним делаешь?

— Много чего. У него очень необычные свойства. Вот, например, самое простое.

Она вытащила дешёвую пластиковую зажигалку.

— Заправляешь фризом. Работать не будет, если что. Но зато можно вот так, — она со всей силы швырнула зажигалку в стену, и в месте удара сперва появилось небольшое, но плотное белое облако, а затем дохнуло холодом, оставив отчётливый след изморози.

— Можно использовать как угодно. В бутылке жидкость. Она инертна, пока остаётся жидкостью. Но при контакте с воздухом, при наличии большого пространства, резко снижает температуру, что и приводит к вот такому ледяному взрыву.

— Неплохо, — кивнул я. Применение придумать было сложней, чем моему порошку, но разнообразить арсенал однозначно стоит.

— Ещё в быту штука полезная. Можно поливать металлические поверхности — их от фриза корёжит. Замки навесные взламываются на раз, если залить внутрь механизма.

— Здесь бы что-то более хрупкое, — задумался я. — Зажигалку нужно швырять со всей силы, а враг — слишком мягкий, чтобы её разбить. Воздушные шары не пробовала?

— Слишком слабо. Фриза начинает превращаться в пар и шар лопается. Можно использовать в бою — залил в шар и сразу швырнул. Где-то секунд двадцать-тридцать у тебя будет до взрыва.

Двадцать-тридцать — это тоже неплохо, если работать в команде.

— Ясно. Ну, что-нибудь придумаю, спасибо.

Девушка просияла и вручила мне ещё две небольшие канистры. Хотя у меня пока было в голове пусто на тему применения.

— Что ещё интересного нашла на прогулке? — спросил я.

— Пойдём, по пути расскажу. Хочу кое-что с твоим порошком сделать. Давно была мечта скрафтить одну штуку!

Я улыбнулся. Девушка вышла обратно в сердце теплицы, к лавочке, напротив которой было единственное закрытое каменными стенами место — санузел с душем.

Стараниями довольной Красноглазки, уже наполовину перекрашенный в некий пейзаж с глубоким смыслом. Такое впечатление всегда оставалось от её картин — будто она вкладывала туда эмоции и в то же время что-то глубокое.

Если бы не знал настоящего художника, сказал бы, что рисовал полубезумный седовласый старик. Хотя волосы у неё и правда белые…

— Народ запуган, власть имущие делают вид, что в нашей условной стране вспышка истовой веры в кровавого бога, а на деле идёт отъём бизнеса, рейдерские захваты, рекет и отлов людей, якобы на алтарь, а по сути ради получения выкупа. На алтарь идут те, кому платить уже нечем…