Так вот, Цучи тогда не помнила, как Коперник нёс её домой. Почему-то он потом заикался и краснел при упоминании о том вечере. Говорил, что Цучи сильно перебрала… рассказывала о том, что хочет стать супергероиней. И о том, что ей нравятся блондинчики.

В общем, с тех пор Сержант Ханекава чётко для себя решила — больше никакого алкоголя!

— Останешься в машине? — поинтересовался Коперник: — Я могу сходить один.

— С ума сошёл? Нет, конечно! — возмутилась Цучи: — Мы же там были пару раз!

— Были. Тебе не понравилось.

— Знаешь, в работе полицейского мне много, чего не нравится. Но я же не прошу делать грязную работу за себя, верно?

— Хорошо. Я просто спросил.

Коперник был из многодетной семьи, поэтому часто проявлял заботу о близких. Например, мог купить обед, если Цучи забыла. Угостить кофе. Всегда подвозил домой. Да и вообще, был крайне чутким ко всем сослуживцам. Но если не знать подноготную и встретить Коперника (который обожал щеголять в гражданском) на улице, то можно знатно испугаться.

Со стороны он выглядел, как классический якудза! Чёрное пальто, солнечные очки, хмурая физиономия кирпичом, зализанная чёрная шевелюра и весьма широкие плечи. Истинный преступный самурай с огромным добрым сердцем.

Как только двери паба раскрылись, в нос Цучи тут же ударил аромат дешёвого алкоголя, курева и самой отвратительной кухни быстрого приготовления.

Матэуш, он же — Бельгиец — как и всегда, сидел в углу зала и неспешно читал газету.

Про этого криминального авторитета ходило много различных слухов. Кто-то говорил, что он подстроил покушение на Королеву Великобритании. А кто-то искренне утверждал, что Бельгиец был одним из русских террористов, которые воевали против семьи Романовых.

Однако сейчас Матэуш выглядел жалко.

Обвисшая старая футболка. Седина на некогда шикарной шевелюре. Обрюзгшая кожа с едва заметным серым оттенком. Заплывшие от алкоголя и вечного недосыпа глаза.

Выдохнув облако сигаретного дыма, он тут же отложил газету и недовольно посмотрел на дуэт.

— Узнаёшь по шагам? — холодно спросил Коперник.

— Вонь от фараончиков чую за милю… — сухо ответил Бельгиец, и затушив окурок, вытащил новую папиросу: — Идём в кабинет. Не люблю, когда левак уши греет…

Коперник и Цучи переглянулись, а затем направились за криминальным авторитетом.

Поднявшись в кабинет, Бельгиец услужливо открыл дверь, впустив ребят в мир бардака и отвратной вони.

— Ты бы хоть клининг раз в неделю вызывал… Чай небедный. — хмыкнул Коперник.

— Мой дом — мои правила, небоскрёб. — сухо ответил Матэуш и уселся за старинный деревянный стол: — Ну, и чего пришли? — с большой неохотой поинтересовался Бельгиец.