Изначально я, конечно, пытался быть вежливым. Общался, отвечал на различные вопросы, а также старался не грубить в ответ на намеки, что младшие должны внимать старшим, оказывать им помощь и поддержку, и что не грех проставиться перед коллегами за прибытие на базу, в конце-то концов. Что такое «простава» в военной среде, я прекрасно знал и вопросов лишних не задавал, к тому же, все было к ней готово заранее. И алкоголь, и отличную закуску привез с собой. Однако я сразу всех предупредил, что совсем не любитель крепкого алкоголя в неограниченных количествах и много пить не буду. Только для поддержания разговора в хорошей компании.

Мужики постарше к подобному отнеслись с пониманием, а вот парень чуть ли не хватался за волосы и заявлял, что научит меня пить по-мужски. Скорее всего, мне нужно было тогда поставить его на место, но я отвечал ему вежливо, не желая устраивать конфликт в первый же день на новом месте службы.

Где-то после пятого тоста подчистивший почти весь стол с закусками парень долго возмущался такой скудости. Говорил, что так никто не делает, мол, маловато будет, особенно для столь известного и богатого парня, как Иван Морозов. До этого соседи по палатке, с улыбкой наблюдавшие за происходящим, одернули его и сказали мне, что все на отличном уровне.

Парень после их слов замолчал и больше не отсвечивал, а затем дождался, когда они выйдут из палатки подышать воздухом, и, наконец, высказался о том, что думает по поводу молодых и наглых бояричей, которые слишком много о себе возомнили, не по праву получив титул князя в столь нежном возрасте.

Этого я терпеть не стал и, добавив в голос холода, высказал то, что о нем думаю.

Выйдя из палатки вслед за коллегами, я выдохнул. Мне не терпелось хорошенько раскрасить его лицо. Спасло непутевого молодого боярина то, что он был пьян, а мне не хотелось марать о него руки. Еще какой-то салага будет мой род хаять, да и меня в том числе!

Когда наша тройка вернулась, возмутитель спокойствия спал, поэтому тот день закончился нормально. Однако утром, в столовой, он попытался принародно высказаться о моей скупости и о том, что молодежь нынче не та пошла.

Благо, что слово взяли присутствовавшие на мероприятии соседи и опровергли его слова, напомнив, как он довольно похрапывал ночью. Парень, понятное дело, от подобных высказываний и раздавшихся смешков взбеленился и подскочил ко мне, чтобы отыграться. Пришлось преподать ему урок, результатом которого и стал его скорый переезд.

Даже удивительно, что у местных бояр, с их-то серьезным воспитанием, очень часто вырастает подобное потомство. Или это в нем говорила зависть к молодому, но более успешному сослуживцу?