— В Вальдире нет крови — помертвевшими губами прошептал я, глядя на разлетающиеся в стороны брызги крови и какие-то темные клочки… весь лед вокруг Мирты был залит дымящейся кровью…
Очнись, Рос! Вот он удачный момент для удара!
Вскинув свитки над головой, я уже открыл рот, когда Мирта пронзительно и жалобно закричала. Закричала так, как кричала бы обычная «реальная» женщина, окажись она жертвой лесного зверя…
Себя я осознал уже на бегу, когда изо всей силы и накопленной за время короткого бега инерции врезался в косматый бок огромного зверя. Сокрушительное столкновение и я отлетаю назад, падая на спину. Но и стоявший на задних лапах Грим делает шаг в сторону, отрываясь от своей жертвы. Этого мне достаточно — с жезла вырывается ослепительная молния, вонзаясь в зверя и заставляя его взвыть и отшвыривая еще на пару шагов назад. А теперь…
— Гнилое болото!
Снег под лапами оборотня проваливается, превращается в жидкую кашу. Грим яростно дергается, пытаясь выбраться из поглощающей его болотной жижи.
— А это тебе на закуску! Каменный град!
Со свистом воздух разрезают падающие каменные глыбы. Попадание! Еще одно! Издав яростный вопль, Грим вскидывает морду в яростном оскале и получает еще один удар огромным камнем, вбившем его в болото. Висящая над головой оборотня надпись яростно мигает, оповещая, что чудовище на грани издыхания.
— Ну же! — кричу я, взмахивая жезлом — Сдохни!
Завязший оборотень не может увернуться, и молния попадает прямо в цель. Удар! Неистовый рев! А с небес продолжают падать каменные глыбы. Вспышка… и глыбы рушатся в пустое болото… еще секунда и болото исчезает, на его месте остается лишь изрытый лапами грязный снег, да медленно оседающее облачко серого пепла.
Оборотень Грим… его нет! Исчез!
— Где⁈ — с моих губ срывается вопль ярости и разочарования — Где⁈
В бешенстве я пинаю кусок льда, отправляя его в далекий полет.
— Гри-и-и-м! Гри-и-и-м!
Со свистом вырывающееся из груди дыхание медленно успокаивается, руки обессиленно опускаются. Грим ушел. Почти. Я почти его уделал, а он сбежал…
— Ты… — клекочущий голос заставил меня дернуться и рывком обернуться.
Истерзанная, вбитая в окровавленный снег и заваленная ледяным крошевом на меня смотрела Мирта. Руки раскинуты в стороны, живот и грудь закрыты пропитавшимся кровью снегом. На исполосованном лице горят ярко-синие глаза, неотрывно глядящие на меня.
— Господи… — почти жалобно выдохнул я — Это же уже не игра, ребята…
— Подойди… — тихий стон заставил меня поежиться.
Секунду посмотрев на Мирту, я обреченно пожал плечами и, шагнув вперед, наклонился над ней. Если и убьет — пофигу. Я перегорел, устал, меня уже даже снег не волнует. И передо мной лежит умирающая женщина, пусть она даже и «местная».